Как праздновали Новый год на Руси
Празднование Нового года на Русской земле относится к глубокой седой старине. Здесь перекликаются и накладываются языческие и христианские традиции, смешения гражданского и церковного календарей.
В языческие времена у восточных славян Новый год начинался весной – первого марта, когда пробуждалась природа и начинались весенние полевые работы. С кормилицей-землёй была тесно связана жизнь древнего человека, поэтому новый год и приходился на весеннюю пору. Новый год славяне отмечали на масленицу, где-то 20-го числа во время первого весеннего равноденствия.
Главный зимний праздник наших предков носил названия Коляды. Он отмечался в день зимнего солнцеворота и длился с 25 декабря по 6 января. Зимние солнцестояние, как и весеннее равноденствие, славяне связывали с очередным пробуждением природы и поворотом к весне. Коляду отмечали 12 дней. Это число считалось сакральным и использовалось старцами – жрецами в период новогодних празднеств. До нас дошло предание о том, что в это время 12 языческих жрецов руководили ритуальными действиями. Они гадали о будущем урожае по 12 снопам, пользовались водой из 12 колодцев для подблюдных гаданий, 12 дней горел священный огонь в период празднования Коляды. 26 декабря прибавлялся световой день, и по представлению древних славян нарождалось новое солнце. Символически солнце представляло особое полено – Бадняк, который зажигали на Коляду. Считалось, что в это время там, в пламени, зарождается новое солнце, дающее всем жизнь и благополучие.
Одна из главных частей праздника Коляды – новогодние песни и колядование. Из восхвалений Коляды они постепенно превратились в форму своеобразных поздравлений и шуточных песен. Накануне праздника славяне украшали свои дома еловыми и сосновыми ветками, позже стали ёлки, которые должными были, по древним поверьям, своими колючими и острыми иглами отгонять злых духов и не пустить их в дом.
Добрые зимние духи славян Морок, Трескун и Морозко сковывали реки льдом, приносили метели и насылали лютые морозы. Чтобы они не очень расходились, приходилось их задабривать разными способами. Обычно на окна выставляли подарки духам: кисель, кутью и блины. С годами эти дары стали отдавать ряженым, которые ходили по деревни с песнями, шутками и плясками.
У Коляды был ещё и брат-близнец Овсень, который появился на свет чуть позже и потому считался младшим. Обеих братьев отмечали в один и тот же сезон – зимой. Сначала праздновали Коляду, затем по деревням ходили “овсенщики”, славившие Овсеня. В древности Овсень почитался на Руси как божество, зажигающее солнечное колесо и несущее свет всему миру. Чествовали Овсеня 1 марта на Новый год, поэтому он считался весенним богом. Верили, что Овсень приезжает на большом коне и привозит с собой Новый год.
Праздновали Овсеня как зимой, так и весной, согласно древнему славянскому календарю. Обычно встречали Овсеня кашей, которую хозяйки варили накануне ночью. Приносили из амбара крупу и начинали топить печь. По традиции нельзя было касаться крупы, пока не истопится печь. Во время приготовления каши необходимо было шептать заклинания на будущий урожай. Затем кланялись горшку с кашей и ставили в печку. Потом начинали гадать – если каша вылезла из горшка или горшок лопнул, значит, в дом могла прийти беда. А если каша удалась – значит Овсень остался доволен хозяевами, и надо ждать удачи и радости в доме.
С принятием христианства на Руси новый год начал отмечаться 1 сентября. Этот день считался Новолетием, так как согласно Библии Бог сотворил мир именно в сентябре. Сентябрьский Новый год на Руси встречали благоговейно и чинно. Богатые люди на праздник стремились приехать в Москву, где устраивались пышные торжества. В храмах проходила торжественная служба, повсюду звенели колокола. Вечером перед новогодней ночью все собирались в доме главы семейства. Гостей угощали мёдом, винами пивом и медовухой.
С приходом к власти Петра Первого в России грянули перемены. Не обошли они и календарь. В декабре 1699 года император Петр Первый издаёт указ о том, что с 1 января 1700 года Новый год в России будет отмечаться 1 января. Петр повелел “учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых”, потешаться с огнем – разжигание новогодних костров, учинять стрельбу и гуляния. Царским указом предписывалось поздравлять друг друга с праздником. И теперь гражданский новый год праздновали в начале января, а церковный новый год остался прежним – 1 сентября.
Праздник Нового года имел свой народный аналог – Васильев вечер, который чествовали в ночь на 1 января. Это был церковный праздник, посвященный дню памяти святого Василия Великого. Вечером устраивали пышный пир, где главным блюдом был жареный поросенок. Он считался символом плодородия, плодовитости домашнего скота и обилия в будущем году. На стол ставили всё лучшее, что было заготовлено в доме – сытные пироги, блины, кутью. В изобилии была водка, медовуха, пиво. Принято было надевать новую неношеную одежду, чтобы весь следующий год хорошо одеваться. В этот день нельзя было давать в долг деньги, а вот получать их считалось хорошей приметой, которая сулила прибыль и достаток.
В наши дни Новый год – любимый праздник всех людей. С ним связывают свои надежды и желания, этот праздник не носит никакой идеологической нагрузки. Он просто добрый, веселый и радостный.
В публикации использованы материалы из интернета и статьи Олега Полонского.
Новый год на Руси
Испокон веков люди жили, выполняя определенные действия по циклам. Датам меньше всего уделялось внимания. Значение имели только хозяйственные праздники, к которым привязывались торжества, связанные с началом или завершением определенного сезона. Новый год на Руси отмечали по-разному до христианства и после его принятия. Конкретная дата не имела значения, а обычаи и традиции празднования складывались и соблюдались народом.
Празднование Нового года до принятия христианства
Исторических источников, рассказывающих о том, как отмечали новогодние праздники до появления письменности, не осталось. При этом существуют записи иностранных исследователей. Предположительно, празднование выпадало на день весеннего равноденствия, а именно 22 марта.
Это было связано с пробуждением природы и началом нового посевного сезона. К традициям дохристианского нового года относилось:
- изготовление блинов, которые напоминали солнце и являлись его символом;
- сжигание чучела Масленицы, как прощание с зимними холодами;
- народные гулянья, игры и хороводы, куда входили прыжки через костер и ритуалы очищения.
Среди народа существовала традиция проводить время за накрытым столом, на который выставлялось все, что осталось после холодной зимы. До принятия христианства разделения между началом года и Масленицей не существовало.
Традиции колядования
С 20 декабря начинался двенадцатидневный праздник, называющийся Коляда. Он символизировал начало солнцеворота и отмечал увеличение дня. Данная традиция была присуща всем народам восточной Европы. Дни рождения нового Солнца отмечались шутками и прибаутками. Люди рядились, приобретая образы животных и нечисти. В руках у колядующих всегда была звезда – символ праздника.
Обязательными ритуалами торжества были хороводы, напоминавшие солнечный ход по небу, жжение костров, к которым, по представлениям людей, приходили греться умершие родственники. Сочетание традиций Масленицы, Коляды и Рождества сформировали образ того, как выглядел Новый год на Руси.
Праздничные блюда
Новое солнце, приходившее в декабре, ознаменовывало начало очередного цикла, когда надо беспокоиться о весеннем посеве. Это торжество было связано с именем бога Велеса, отвечавшего за плодородие. Для него выпекали большой каравай, заменявший жертвенное животное, а также небольшие печенья в форме овец, коз или птиц, называющиеся козулями.
В богатых семьях первым блюдом подавался зажаренный поросенок, на внутренностях которого после трапезы гадали. Все выставляли традиционные блюда – кутью, приготовленную из пшеничной крупы, и узвар из сухих фруктов. Подготовка к празднику предполагала варку сытного пива и выпечку свежих пирогов с разными начинками. Неизменным оставалось желание людей поставить на стол много яств, чтобы следующий год был сытым и богатым.
Обряды
Праздник Коляды ровно посередине делится на светлые и страшные дни. Даже после появления Рождества и Васильева дня, отмечаемого первого января, остались древние обряды и обычаи празднования. По старым поверьям, с начала января из подземного мира на свободу выходит вся нечисть, поэтому появилась традиция ее отпугивать. Шумные гуляния, песнопения, колядки и нетрадиционные наряды способствовали этому. Добрые пожелания и подарки были обязательными для ряженых.
В первых числах января необходимо было вычистить избу, вымыться самим и одеть все новое или стиранное. Также трудно представить новогодние праздники без гаданий. Эта традиция пришла в христианский мир из далеких времен язычества. Сколько церковь не боролась с ней, но все тщетно. В каждой бане собирались девушки, чтобы нагадать себе суженного или попросить богатства. В ритуалах использовались зеркала и воск, кольца и валенки. Обязательным местом для гадания была баня. В давние времена ее считали сакральным местом и верили в чудотворную силу очищения.
Новогодние обычаи периода христианства
Новый год на Руси отождествлялся с Масленицей и Колядой до IX века. Если первая символизировала начало нового посевного сезона, то вторая – связывалась с рождением нового солнца. Оба праздника были важными и почитаемыми. С приходом христианства на Русь в XX веке происходят существенные изменения, а церковь начинает оказывать постоянное влияние на все сферы жизни людей. В стороне не остаются и торжества.
В итоге после первого переноса праздника его стали отмечать 1 марта. Народ не заметил особенных перемен и переместил все традиционные масленичные развлечения на эту дату. Дата была выбрана по примеру Римской империи, так же как название месяцев и отсчет времени от сотворения мира.
День Симеона Столпника
С распадом Киевской Руси и укреплением государства церковь набирает свою силу. На Никейском соборе в XIV веке было принято решение отмечать церковный Новый год на Руси 1 сентября. Богобоязненный Иоанн Третий объединил светский и христианский праздники в один в XV веке. Этот указ не помешал народу продолжать отмечать традиционную Масленицу и Святки. Осенний праздник тоже был воспринят, и сопровождался особыми атрибутами и разнообразием блюд на столах. В народе первое сентября считается днем Симеона Столпника.
Реформы Петра Первого
Большими нововведениями славится петровская эпоха. Царь-реформатор, используя европейский опыт, перенес новогодние торжества на 1 января, несмотря на то, что церковный праздник до сих пор привязан в дате 1 сентября. С новым временем приходят и новые традиции. Теперь к Новому году начинают украшать избы разноцветными фонариками и пушистыми лесными красавицами. В больших городах стали показывать фейерверки, что приводило в восторг не только детвору, но и взрослых. Простой народ не забывал традиции Коляды, которые хорошо вписались в новый формат.
Летоисчисление было приказано начинать от Рождества Христова. Первый раз новый праздник был отмечен в 1700 году, что тоже является символичным. В настоящее время люди также выполняют традиционные обряды. Некоторые из них сохранили только форму и утеряли значение, например, переодевание и посевание. Тем не менее, старинные обряды оказались очень живучими. Новый год на Руси был ярким пятном в условиях длительной и суровой зимы, когда так хочется веселого праздника и сытного застолья.
Костры для предков и дары страшному Деду. Как отмечали Новый год на Руси
Новый год — самый любимый праздник россиян — наши предки отмечали сначала весной, потом осенью, а затем зимой, но по старому стилю. Общей приметой этих торжеств считалась такая: как встретишь Новый год, так его и проведёшь. Поэтому всегда старались и стол богатый накрыть, и от души повеселиться. О том, как именно отмечали зимние праздники в старину, «АиФ-Черноземье» узнал у доцента кафедры русской литературы XX и XXI веков, теории литературы и фольклора ВГУ Татьяны Пуховой.
Ждали первую звезду
Анастасия Ходыкина, «АиФ-Черноземье»: Татьяна Фёдоровна, до Нового года осталось всего ничего, россияне закупают подарки близким, наряжают в своих домах ёлки. А чем бы занимались наши предки в это время?
Татьяна Пухова: Ещё в начале ХХ века в предновогодние дни готовились к Святкам. Хозяйки варили обрядовую еду — сочиво, в южных районах её называли «кутья». Это хорошо разваренная каша из цельного зерна пшеницы с добавлением мёда и сухих ягод. Сейчас же кутью варят из риса, добавляют изюм, мёд или сахар.
В Рождественский сочельник, 24 декабря, полагалось ждать первую звезду, и только потом разрешалось приступать к обрядовой пище. После этого начинались Колядки. Группы детей, молодёжи и пожилых — все по отдельности — ходили по дворам со звездой на шесте, её обычно делали из бумаги, с блёстками и украшениями, и исполняли колядки и овсени. В южных районах, где жили в основном украинцы, их еще называли щедровки. Все эти песни начинались с обращения к хозяевам: «Коляда пришла накануне Рождества!» Затем колядующие хвалили владельца дома, отмечали, что он добрый, хороший и богатый, что у него есть всё, но нужно, чтобы было ещё лучше. Затем желали такого урожая, «чтобы из одного зерна можно было целый пирог испечь»!
Скупиться было не принято: считалось, что богатые дары станут залогом благополучия семьи в наступающем году. К тому же если колядующим подарки казались слишком скромными, они угрожали: «Кто не даст пирога — мы корову за рога!» И могли даже похулиганить во дворе, например, сломать ворота.
А во многих сёлах ещё и «славили Христа»: исполняли тексты с христианским содержанием, так называемые «христославия», в которых упоминались Христос, Дева Мария, святые Василий и Илья.
Гадали и «грели умерших»
— Что такое Коляда и откуда появились ряженые?
— Вообще Колядой древние славяне называли новое солнце. Это языческий праздник — первый день зимнего солнцеворота. В этот день славяне зажигали колесо и спускали его с горы, приговаривая: «Гори, гори ясно, чтобы не погасло». Люди радовались, что тёмным дням приходит конец, грядут солнечные дни, пусть и не скоро. Но это время считалось опасным, ведь солнце пока молодое, а тьма, или нечистая сила, буйствует вовсю — свирепствуют морозы, вьюги. Этому явлению люди стремились как-то противостоять и даже отпугнуть нечисть. Потому и пытались выглядеть и вести себя необычно.
Так, мужчины одевались в женскую одежду, женщины — в мужскую, дети наряжались во взрослое, в вывернутые наизнанку шубы. Раскрашивали лицо тем, что было под рукой — натирались сажей, делали свёклой либо морковью румянец, из картошки вырезали и вставляли «зубы». Иногда делали маски из коры дерева, вырезая в ней дырочки для глаз и рта. Двери избы, где проходили святочные посиделки, вдруг раскрывались, и туда вбегали люди с песнями, шумом и закатывали колесо — символ солнца.
А ещё на Святки, продолжавшиеся две недели, гадали. В слободе Осетровка Богучарского уезда (ныне Воронежская область) разновидностью гаданий было подслушивание имени жениха, в селе Пузево Бобровского уезда практиковалось гадание с зеркалом.
В эти дни также поминали своих усопших, родственники разжигали около двора или в огороде ритуальные костры из соломы. Стояли сильные морозы, и люди, беспокоясь о предках, старались их таким образом обогреть.
На Новый год был обычай со срезанного осенью последнего снопа собирать зёрна, приходить в дом и исполнять «посевания»: «Сею, сею, посеваю, с Новым годом поздравляю!» Зёрнышками обсыпали хозяев, печку, и это было пожеланием хорошего урожая. Заканчивались Святки шестого января, 19-го — по новому стилю, праздником Крещения Господня, тогда окунались в прорубь.
Петровские традиции
— Когда в Черноземье пришла традиция наряжать ёлку и встречать Деда Мороза?
— Отмечу, что самый первый Новый год наши предки отмечали весной. Тогда ещё не было особой идеологии, крестьяне занимались работой в поле. Забота о новом урожае начинается в начале весны, поэтому и Новый год был связан с началом подготовительных посевных работ. Следы того праздника мы видим в Масленице. Не случайно на Масленицу полагалось обильно питаться, ведь как встретишь Новый год, таким и весь следующий год будет. Правда, с принятием христианства весенний Новый год стал сырным. А в 1492 году, когда пала Византия, дату празднования Нового года перенесли на 1 сентября. Год для крестьян стал начинаться наоборот — завершением полевых работ, вот и всенародного размаха «осенний Новый год» не получил.
Большинство традиций современного праздника заложил Пётр I: своим указом он повелел перенести празднование Нового года на 1 января. Наступивший 1700 год встречали уже по новому летоисчислению — правда, на несколько дней позже, чем в Европе. Тогда же появились длинные новогодние каникулы.
Так что новогодний вечер, каким мы его знаем — с украшенной ёлкой, снегом и боем курантов, — традиция не такая уж давняя! Кстати, Дед Мороз изначально был грозным языческим духом, и среди славянских богов можно найти много его прообразов: это и Зимник, отвечающий за трескучий мороз, и суровый Карачун. В дохристианские времена Дед Мороз не приносил подарков — наоборот, ему жертвовали дары. Колядующий, наряженный страшнее всех, звался Дедом и не произносил ни слова. Возможно, этот персонаж и стал прототипом современного Деда Мороза.
Русский Новый год совпал с европейским только в 1918 году, когда ввели «новый стиль». И сейчас Новый год выпадает на православный пост, который стараются выдерживать верующие, хотя, надо признать, в этот день церковь дозволяет послабления. А вот прежние традиционные обряды фактически утратили ритуальный смысл и часто воспринимаются просто как развлечение. Но вот на 10-й этаж новостройки, где я живу, иногда заходят колядующие ребятишки, и я всегда к этим дням готовлю небольшие подарки.
Русский Новый год. Как это было
В IV в. в Римской империи восторжествовало христианство, в 325 г. в Никее был созван Первый Вселенский Собор. Среди вопросов, которые он рассматривал, была и система летоисчисления. Собор утвердил юлианский календарь. Однако дата начала отсчета, основание Рима, была признана неудовлетворительной. Что такое для Вселенной один город? Тем более, что император Константин Великий не любил прогнивший Рим, перенес столицу в Константинополь. Решили вести отсчет от библейского Сотворения мира, а началом года объявили 1 сентября.
В 533 г. весьма квалифицированный ученый, «скифский» (т.е. славянский) монах Дионисий Малый рассчитал церковный календарь, составил таблицы Пасхалии. На основе его трудов римский папа Иоанн I внедрил другую традицию. Вести отсчет не от Сотворения мира, а от Рождества Христова. Церковь в ту эпоху еще оставалась единой, не делилась на католическую и православную. Но единство соблюдалось не во всем, возникали различия. Новый порядок, считать от Рождества, по указаниям папы распространялся в западных странах. А Константинопольская патриархия не сочла нужным менять сложившуюся традицию, на востоке продолжали считать от Сотворения мира.
Русь, приняв православие от Византии, тоже стала жить по этому календарю. Но дату начала года сохранила более древнюю – 1 марта. Упоминания о встрече Нового года с 1 сентября появляются в лишь с XIV в. Причем не везде. Сама Русь оставалась раздробленной на множество княжеств. Везде отличались законы, отчасти церковная практика. Разнобой сказывался и на календарях. Лишь в середине XV в., когда Василий II и Иван III взялись собирать Русь в единую державу, унифицировать порядки, наша страна окончательно перешла на византийскую традицию.
День Новолетия 1 сентября считался семейным праздником. Дети и внуки собирались у старшего в роду. Сидели за столом до первых петухов. В полночь колокольный звон, а в городах — вестовые пушки, извещали о наступлении нового «лета от сотворения мира». Застолья были чинными, без пьянства. В эту ночь полагалось побеседовать, обсудить накопившиеся дела, а потом из-за столов отправлялись в церковь к заутрене. В Москве в честь Нового года все жители и приезжие собирались на Красную площадь. Выходил царь со всем двором, патриарх благословлял народ, желал счастья в новом году. Кроме того, 1 сентября считалось днем новоселий, переездов в новые избы. А у девушек существовал обычай хоронить мух и тараканов в «гробиках» из морковки или свеклы. Бытовало поверье, что после подобных похорон они должны исчезнуть из дома.
Римский папа Григорий XIII был большим любителем астрологии, но с лженауками в те времена соседствовали и науки. По поручению папы в 1582 г. был разработан новый календарь, его назвали григорианским. С астрономической точки зрения он был боле точным, но… при этом возникал сдвиг в датах церковных праздников. Ведь в «нулевой точке», когда родился Господь, и в VI в., когда Дионисий Малый производил расчеты, действовал старый календарь, юлианский. Православная Церковь римских нововведений не признала, а Русское государство было неразрывно с ней связано. Встречало новые годы 1 сентября и отсчитывало их от сотворения мира – разница с летоисчислением от Рождества Христова составляла 5508 лет. Но, русские не особо страдали, что у них и в западных странах даты не сответствовали. Ведь и мусульмане, китайцы, монголы, индусы, многие другие народы жили по собственным календарям, это считалось нормальным.
Перемены грянули при Петре I. Вернувшись из турне по Европе, он решил сблизить российские обычаи с иноземными. Новый век, XVIII, было велено встречать уже по западной системе летоисчисления. Появился указ, что после 31 декабря 7208 г. от Сотворения мира наступит 1 января 1700 г. от Рождества Христова. И тогда же в России появились новогодние елки. Впрочем, не только елки, допускались любые хвойные растения. Указ гласил: «По знатным и проезжим улицам у ворот и домов учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых… Чинить стрельбу из небольших пушечек и ружей, пускать ракеты, сколько у кого случится и зажигать огни».
Но даже Петр I с его страстью к реформаторству не посягнул на церковный годовой цикл и не перевел Россию на григорианский календарь. Она продолжала жить по юлианскому – как мы говорим, «по старому стилю». У нас и за рубежом даты отличались на 13 дней. Кстати, и в порядке празднования новое соединилось со старым, елки и фейерверки – с привычными обычаями Новолетия. Поутру 1 января гвардейские и армейские полки, дворянство, горожане, сходились в Москве на Красную площадь, их благословляли церковные иерархи, служились молебны. Что же касается самого ночного торжества, шумного и трескучего, то при Петре оно оставалось лишним поводом покутить. Но царь умер, и выяснилось – в народе подобные традиции не прижились.
Новый год стал «второсортным» праздником. Впрочем, это не удивительно. Ведь он теперь очутился в промежутке между двумя другими датами, с точки зрения русского человека – куда более важными и яркими. На Рождество завершался долгий пост, и столы ломились от вкусных блюд. С окончанием поста можно было попеть, порезвиться, устраивались шествия с Вифлеемской звездой, веселые игры. Сохранялись древние, пришедшие еще из дохристианских времен обычаи колядовать, гадать о суженом. Люди дарили друг другу подарки – в память о дарах, которые принесли Господу волхвы. Особенно старались порадовать детей, ведь в этот день чествовали только что родившегося Христа, младенца. От украинских и белорусских школяров распространялась традиция рождественских представлений.
А через две недели было Крещение Господне, снова общенародный праздник. С вечера молодежь резвилась, водила хороводы, полола снежок. А ночью народ стекался к рекам, озерам. В каждом городе, селе, монастыре, служился Великий чин освящения воды. Массы людей, мужчины и женщины, спешили окунуться в проруби-иордани, погружали младенцев. Наполняли крещенской водой бочки, ведра, развозили целыми обозами по дворам, домам, деревням. Кропили ею избы, скотину, хозяйство.
Новый год скромненько втиснулся посерединке между рождественскими и крещенскими торжествами. Кстати, если уж разобраться, то сама его дата условна. Ведь отсчет лет ведется от Рождества Христова, поэтому Рождество является настоящим новогодним праздником. Родился Господь – и начался первый год нашей эры. Миновало 2013 лет со дня Его Рождения – и пошел 2014-й. Но считать с 25 декабря не совсем удобно, и в качестве грани между годами было взято ближайшее начало месяца – 1 января.
Между прочим, и в западных странах Новый год оставался второстепенной датой по сравнению с Рождеством. А елка, мелькнувшая в указе Петра, была в Германии и в скандинавских странах не новогодним, а именно рождественским атрибутом. Можно вспомнить хотя бы сказку Гоффмана «Щелкунчик», сюжет которой лег в основу знаменитого балета Чайковского. В России в XVIII – XIX вв. елки наряжали в своих домах немцы. Это было красиво, празднично. Стали перенимать дворяне, купцы. А потом обычай распространялся «сверху вниз» – елки появились в семьях интеллигенции, приказчиков, мастеровых. Специальных елочных игрушек поначалу не было. Верхушку венчали Вифлеемской звездой, а на ветки цепляли свечи, зажигавшиеся в Рождественскую ночь, вешали конфеты, яблоки, раскрашенные или обернутые в блестящую бумагу орехи. Возле елки устраивались детские утренники. Когда малыши попляшут и попоют, подарки разрешалось оборвать, после чего елку можно было выбрасывать. Уже позже к лакомствам стали добавляться игрушки. В 1903 г. поэтесса Раиса Кудашева, работавшая в то время гувернанткой, написала стихотворение «Елка»:
Гнутся ветки мохнатые
Вниз к головам детей;
Блещут бусы богатые
Переливом огней;
Шар за шариком прячется,
А звезда за звездой,
Нити светлые катятся,
Словно дождь золотой…
Поиграть, позабавиться,
Собрались детки тут
И тебе, ель-красавица,
Свою песню поют.
Все звенит, разрастается,
Голосков детских хор,
И, сверкая, качается
Елки пышный убор.
В лесу родилась елочка, в лесу она росла,
Зимой и летом стройная, зеленая была!
Метель ей пела песенки: «Спи, елка… баю-бай!»
Мороз снежком укутывал: смотри, не замерзай!
Трусишка, зайка серенький под елочкой скакал,
Порой сам волк, сердитый волк, рысцою пробегал.
Веселей и дружней
Пойте, деточки!
Склонит елка скорей
Свои веточки.
В них орехи блестят
Золоченые…
Кто тебе здесь не рад,
Ель зеленая?
Чу! Снег по лесу частому под полозом скрипит,
Лошадка мохноногая торопится, бежит.
Везет лошадка дровенки, а в дровнях мужичок.
Срубил он нашу елочку под самый корешок.
И вот ты здесь, нарядная, на праздник к нам пришла,
И много-много радости детишкам принесла.
Веселей и дружней
Пойте, деточки!
Склонит елка скорей
Свои веточки.
Выбирайте себе
Что понравится…
Ай, спасибо тебе,
Ель-красавица!
Как видим, изначально стихотворение представляло собой что-то вроде сценария рождественской игры. Детишек призывают петь «веселей и дружней», и тем самым они заслуживают подарки и лакомства, висящие на елочке. Стихотворение появилось в журнале «Малютка», а любитель музыки Леонид Бекман взял несколько отрывков и подобрал к ним мелодию – по-видимому, за основу была взята песенка шведской поэтессы и композитора Эмми Келер «Зажигаются тысячи рождественских свечей».
Но разразилась социалистическая революция, и большевики решили ликвидировать несоответствие с Западной Европой. По декрету Совнаркома страна перешла на григорианский календарь. Одним махом перескочила из 1 февраля 1918 г. в 14 февраля. Хотя последствия стали не однозначными. Если раньше Новый год отмечался через неделю после Рождества Христова, то теперь он переместился на Рождественский пост. Причем на последнюю, строгую неделю поста.
Для ниспровергателей это показалось весьма кстати. Ведь требовалось упразднить саму веру в Господа. Председатель «Общества воинствующих безбожников» Емельян Ярославский (Губельман) предлагал безоговорочно запретить любые традиции, так или иначе связанные с «религиозными пережитками». В числе «пережитков» он называл и рождественские елки. Но Ленин его не поддержал. Рассудил, что для искоренения традиций будет эффективнее не отменять, а переиначивать их.
Вместо православных праздников вводились другие, их перечень продумывал Свердлов. Он собственноручно отметил в календаре: 22 января – годовщина “кровавого воскресенья”, 12 марта – день падения монархии, 18 марта – день Парижской коммуны, 1 мая – день всемирной солидарности трудящихся, 7 ноября – годовщина Октября. Потом добавили 8 марта – Международный женский день, 23 февраля – день Красной армии. Изобретались новые ритуалы праздников, с шествиями, публичными массовыми действами.
Вместо крестин пропагандировали «октябрины», вместо отпеваний «гражданские панихиды», даже христианские имена пытались вытеснить из обращения, появилось множество «революционных» имен: Марсельеза, Спартак, Марат, Гильотина, Вилен и т.д. А Новому году уделили очень большое внимание. Он должен был подменить Рождество Христово. К этому празднику приурочили все, что можно из рождественских обычаев: елку, подарки, детские утренники. Впоследствии стал хрестоматийным «антисвяточный» рассказ Александра Кононова «Елка в Сокольниках», как сам Ленин ездил с подарками в детский дом. Ну а Вифлеемскую восьмиконечную звезду на хвойной верхушке большевики заменили своей, пятиконечной.
И все-таки крайнее крыло безбожников не унималось. Во второй антирелигиозной кампании, в 1929 г., они добрались и до елок. Сейчас-то их наряжали на Новый год, но они нередко стояли в домах до Рождества. Это воспринималось как сопротивление атеистической политике, и обычай решили полностью изжить. Посюду развешивались плакаты: «Только тот, кто друг попов, елку праздновать готов». По улицам ходили патрули из комсомольцев и добровольцев, подглядывали в окна, проверяя, кто еще следует «поповским обычаям»?
Да куда там! Уничтожить традицию оказалось чрезвычайно сложно. С елками были связаны праздничные впечатления у слишком многих людей. Бабушки и мамы пересказывали детям свои воспоминания: как наряжали лесных красавиц, какими ароматами и настроениями наполняли они дом, какую чарующую атмосферу создавали вокруг себя. Дедушки и папы тайком приносили домой если не елку, то хотя бы ветку. Старались и подарочками ребятишек побаловать, где-то на Новый год, а где-то по-старому, на Рождество…
В 1933 г. партийные идеологи снова признали справедливость ленинской методики. Не запрещать, а взять под контроль и направлять. Новый год был официально объявлен государственным праздником, а насчет елок принялись разъяснять – что обычай это не религиозный, а народный, ничего плохого в нем нет. Советская промышленность получила соответствующее задание партии и правительства. В рекордные сроки был налажен массовый выпуск елочных игрушек. Блестели они ничуть не хуже дореволюционных, но были уже «правильными», идеологически выдержанными, без ангелочков и прочих проявлений «религиозного дурмана».
Коллективные празднования вокруг елки теперь не только разрешались, но и превращались в обязательные культмассовые мероприятия. Благо в городах и на селе уже имелись многочисленные клубы, дома культуры. Настоятельно требовалось разрабатывать сценарии этих действ. Раньше возле Рождественского вертепа устраивались представления на Евангельские сюжеты. Нетрудно понять, что подобную тематику заведомо исключили. Сценарии рождались новые, и на замену волхвам, приходящим поклониться младенцу Иисусу, появились фигуры Деда Мороза и Снегурочки.
В дореволюционной России таких персонажей не существовало. В сказках присутствует Морозко, в поэме Некрасова – Мороз-воевода. Однако оба они не имели ни малейшего отношения ни к Новому году, ни к Рождеству. Деда попросту скопировали с западного Санта-Клауса. Но Санта-Клаус – не кто иной, как святитель Николай Чудотворец. В католической народной традиции именно он разносит подарки детям. Ясное дело, большевикам образ святителя Николая не подходил, и его переиначили в абстрактного Деда Мороза. Но коммунистическая власть провозглашала равноправие мужчин и женщин, да и большинство работников культурной сферы принадлежало к «прекрасному полу». Поэтому к красноносому дедушке приставили Снегурочку, позаимствованную из пьесы Островского, хотя и эта героиня ни коим боком не прилежала ни к каким традиционным праздникам.
Целенаправленно формировался репертуар для новогодних мероприятий. Тут-то и пригодилась песенка на стихи Кудашевой «В лесу родилась елочка…». Она писалась на Рождество, но обладала одним свойством, весьма ценным для новых идеологов. Само Рождество ни разу не упоминается, говорится только о елке! А в 1933 г., как раз к учреждению советских новогодних празднеств, была написана вторая песенка, М. Карасева на стихи З. Александровой, «Маленькой елочке холодно зимой…». Вот в ней-то прямо указывается: «Весело, весело встретим Новый год!» Культмассовые органы активно взяли их в оборот, и две песни зазвучали дуэтом. Хотя изначально они относились к совсем разным праздникам. Но подкрепили друг друга и однозначно застолбили елочный плагиат.
Целенаправленно перекраивались и другие обычаи – или формировались искусственно. Например, возник ритуал слушать радио, бурно радоваться двенадцатому удару главных кремлевских часов. Вместо рождественских посланий епископов или митрополитов зазвучали новогодние поздравления начальства. На разных уровнях. Сперва по подразделениям, учреждениям, предприятиям, районам – с подведением итогов, раздачей премий. А из ретрансляторов зазвучали призывы и пожелания высшего руководства страны.
И тогда же, в 1930-х, (по мере того, как жизнь в СССР становилась более благоустроенной), стал внедряться ритуал обязательного новогоднего шампанского. Но и тем гражданам, кому шампанское было еще недоступно, скучать не полагалось. Им предоставлялось чокнуться беленьким, красненьким. Новый год стало невозможно представить без поздравительного крика и стеклянного перезвона. Многоголосого перезвона – на всю страну! Куда там перезвону рождественских колоколов! Куда там «религиозному дурману»! Застольный дурман без всякой религии оказался ох каким приятным! Запах елки, блеск украшений, звон часов, Дед Мороз со Снегурочкой и разливающееся над Россией блямканье бокалов, рюмок, стаканов. Такой она и стала, новая традиция…
Что ж, изобретатели добились своего. Эта традиция оказалось чрезвычайно устойчивой. Власть большевиков давным-давно канула в прошлое, но внедренные ими обычаи в самом деле заслонили празднование Рождества Христова. Люди уже с начала декабря мечутся по магазинам, живут напряженной охотой за новогодними подарками, закупками новогодних угощений. Наряжают елки, детишки замирают в ожидании детсадовских, школьных, коммерческих утренникови представлений – по-прежнему новогодних. Но уже за неделю до праздничной даты закипают буйные торжества. Бурлят корпоративы и междусобойчики по местам работы, расплескиваются по кафешкам, по подворотням, улицам, наконец – по домам. Разливанные застолья, шумные и пошлые телепрограммы, поздравления первых лиц государства, канонада петард.
Особенно ярко отмечают эти дни и ночи полиция, скорая помощь, пожарные. Собирают упившихся до смерти, замерзших, допраздновавшихся до синдромов и алкогольных отравлений, покалеченных и убитых в пьяных драках, в автопроисшествиях, переломавшихся при нетрезвых падениях. Пытаются гасить новогодние огни, с треском пожирающие чьи-то елки, квартиры, дома, дачи. Человеческие и материальные потери после каждой новогодней встречи почему-то не публикуются, хотя они, пожалуй, сопоставимы с военными…
Ну а обыватели теряют головы в этой веселой поздравительной круговерти. Только позже, сквозь тяжелый угар, сквозь похмельную муть вспоминают – а ведь сегодня Рождество! Или вчера было, прошло. Кстати, на современных российских открытках, поздравительных транспарантах и плакатах, обычно пишут: «С Новым годом и Рождеством!» А чьим Рождеством – не упоминают вообще. Впрочем, имеет смысл подчеркнуть еще одну особенность. При передвижке с юлианского календаря на григорианский Новый год (1 января) пришелся на 19 декабря по старому стилю. В этот день Православная Церковь чествует святого мученика Вонифатия. Ему принято молиться об избавлении от недуга пьянства. Наверное, не случайно Господь указал на такое совпадение.
Празднование Нового года на Руси
История праздника «Новый год» происходит из глубокой древности – из времен языческой Руси IX века. У древних русских народов новый год наступал с началом пробуждения природы, и отмечали его предположительно в день весеннего равноденствия 22 марта.
Вместе с принятием христианства на Руси в 988 г. появилось новое летоисчисление, и началом года было принято 1 марта. Но впоследствии, в XIV веке православная церковь перенесла начало года на 1 сентября в ознаменование покоя от всех житейских забот, связанных с сельскохозяйственными работами. Такой обычай был перенят из Византии. С 1 сентября стали считать не только церковный, но и гражданский год.
Новогодние обычаи у славян прижились достаточно быстро. Многие старые обряды, проделки ряженых, катания на санях, хороводы и гадания, которые раньше сопровождали Святки (период после Рождества до Крещения, с 7 по 19 января), хорошо вписались в забавы Нового года!
В Московском Кремле в день праздника «Новый год» проходила церемония «О начатии нового лета». На соборной площади Кремля устраивался помост, который покрывали персидскими коврами. На помосте устанавливали аналои для икон. Напротив аналоя ставили два места для патриарха и царя. Царь выходил в праздничной одежде. Патриарх спрашивал о здоровье царя и благословлял его. Духовенство и бояре занимали места по чину. После службы все присутствующие поздравляли друг друга, а после царя поздравляла вся площадь.
В 1699 году Петр I издал указ, согласно которому началом года стали считать 1 января. Царь следил за тем, чтобы новогодний праздник был в царской России не хуже и не беднее, чем в других странах. Елки украшали фруктами, овощами, конфетами и орехами, а наряжать новогодними игрушками стали намного позднее.
Первый Новый год с измененной датой начался парадом на Красной площади в Москве. А вечером небо было разукрашено красочными огнями фейерверка, люди танцевали, пели, веселились и дарили друг другу новогодние подарки. Именно с 1 января 1700 года новогодние гуляния получили свое народное признание. Празднование Нового года стало носить светский характер.
Главным элементом торжества являлась ритуальная трапеза. В качестве жертвенного животного выступал поросенок, который символически означал богатство, плодородие и благополучие в жизни человека. Новогодний поросенок считался достоянием крестьянского мира и отдельной семьи. Все желающие крестьянской общины могли приходить и вкушать его нежное мясо, но каждый из приходящих должен был принести немного денег для хозяина. На следующий день собранные средства передавались в приходскую церковь.
Также существовал и семейный ритуал съедания свиньи. Вечером 1 января все домашние собирались за одним столом, ставили свечу перед иконой и молились церковному писателю и богослову Василию Великому. После молитвы хозяин отделял себе голову поросенка, разламывал жаркое и отдавал по частям членам семьи. Съев мясо, хозяйка относила кости свиньям. Такой обряд имел магическое значение: он должен был вызвать хороший урожай и благополучие в семье.
Ни один Новый год на Руси не обходился без обряда колядования. Толпы мальчишек, собравшись 1 января до обедни, ходили по домам и поздравляли хозяев с праздником. Войдя в избу, мальчик кланялся хозяину и обсыпал помещение пшеном или овсом, приговаривая «на счастье, на здоровье, на новое лето». Затем посыпанное зерно собирали с особой любовью и хранили его до весеннего посева. К гостям, особенно детям, относились с особым радушием, т. к. считалось, что они приносят с собой богатство дому и счастье семейству. В знак благодарности их одаривали деньгами или пирогами.
Традиция отмечать Новый год на Руси зародилась еще в IX веке и до сих пор не утратила свою актуальность. Новогодние обычаи со временем видоизменялись, но большинство из них мы можем наблюдать и в наше время. Люди по-прежнему весело проводят день Нового года, поздравляют друг друга и дарят подарки!
История русской ёлки. Начало
Самый любимый праздник в России – Новый год! По данным социологов, его отмечают 96 процентов жителей. Но все 100 процентов знают, что обязательными новогодними приметами являются мандарины, «оливье», подарки, Дед Мороз и, главное, ёлка! С начала декабря посреди повседневных забот и будничной суеты мы начинаем предвкушать момент, когда в дом принесут окутанную хвойным ароматом зеленую красавицу, из коробок достанут любимые игрушки, а на стражу лежащих под ёлкой подарков заступит румяный Дед-Мороз. В дом приходит праздник и кажется, что так было всегда.
Ёлка, Новый год, январь: откуда взялась новогодняя «Большая тройка».
Исторические приключения ёлки в России включают немало резких поворотов, сопровождавшихся равнодушием, неприятием и даже враждой. Да и Новый год с январем встретились не сразу.
Давайте перелистаем страницы этого празднично-исторического детектива, где ёлка сумела пройти путь от ненависти до всеобщей любви, чтобы стать в конце главным украшением новогоднего праздника и символом семейного уюта и счастья.
Сначала разберёмся с Новым годом. У древних славян Новый год связывался со временем пробуждения природы от зимней спячки и отмечался одновременно с Масленицей, в день весеннего равноденствия – 21 марта. А после принятия христианства и установления регулярных месяцев его стали отсчитывать с начала месяца – с 1 марта.
В 1492 г. (он же 7000 г. от Сотворения Мира) – Иван III и церковь отметили круглую дату переносом Нового года на византийский манер на осень – на 1 сентября. В этом слышались отголоски тех ветхозаветных времен, когда после уборки урожая наступала спокойная жизнь, свободная на время от трудовых забот, которую можно было посвятить празднику.
В Европе, согласно юлианскому календарю, первым днем нового года считалось 1 января – в этот день еще со середины II в. до н. э. приступали к службе вновь избранные консулы.
В России инициатором «переезда» Нового года на привычное нам место – на 1 января – стал Петр Первый, познакомивший российское общество со многими европейскими привычками. Больше всего его здесь волновал не столько сам праздник, сколько вопрос перехода России на европейское летоисчисление: не от Сотворения Мира, как было на Руси, а от Рождества Христова. Но заодно и праздник Нового года стал январским.
Справа в правом углу вверху – фрагмент того самого указа от 20 (30) декабря 1699 года “О праздновании Нового года”.
Источник фото: medimag.am
Петр, как всегда, был нетерпелив и не стал ждать до следующего года. Поэтому в 1699 г. Новый год в России встречали дважды: в сентябре и потом уже по новому Указу – 31 декабря. Впрочем, нас этим не удивить, у нас ведь и теперь – «Новый год два раза в год, вот!» Стремившийся детально регламентировать любое начинание, Петр подробно пояснил, каковы должны быть обязательные атрибуты нового праздника. И сам принял в нем активное участие – под бой курантов в ночь с 31 декабря на 1 января 1700 г. с факелом в руках вышел на Красную площадь и запустил первый фейерверк в честь нового праздника. А ещё позаботился о праздничной атмосфере, повелев украсить город к торжеству. В его Указе от 20 (30) декабря 1699 г. «О праздновании Нового года» в знак этого «доброго начинания и нового столетнего века» предписывалось в царствующем граде Москве перед воротами у домов или над хороминами «учинить…украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых… и чтобы поспело к 1 генваря, а стоять тому украшению по 7 день того ж 1700 г.». Судя по всему, недавно вернувшемуся из европейского вояжа во главе «Великого посольства» Петру Алексеевичу удалось, скорее всего в Саксонии, познакомиться с рождественской ёлкой, украшенной свечками, фруктами и пряниками. Хотя в самой Европе её современная история только начиналась.
Ёлка в европейской праздничной традиции.
Сегодняшний светлый радостный образ наряженной ёлки уходит корнями в древнюю духовную традицию. Сам обычай почитания деревьев – носителей жизненной энергии, вместилища душ предков и места обитания духов, оберегающих от злых сил – чрезвычайно стар. С давних времен в поисках защиты и поддержки сложился универсальный мировой культ «священных деревьев» с ритуалами, включающими и украшение дерева. Порой существовало почитание не только живого или целого дерева, но даже его части – обычай хранения кусочка «рождественского полена» на счастье встречался у скандинавов, англичан, французов.
И если на Руси почитаемым деревом была береза, то у древних германцев эту роль играла ель: в её тени собирался воинский совет, у неё просили защиты и здоровья. К ней могли приходить и в канун Нового года с дарами-украшениями. С принятием и утверждением христианства смысловой центр праздника сместился на Сочельник – дату Рождения Христа (24 декабря) и ёлка стала Рождественской. Но, конечно, не следует здесь видеть единую непрерывную традицию, идущую с незапамятных времен.
Первое упоминание о ёлке как о рождественском дереве встречается в 1600 г. в хронике провинции Эльзас (тогда части Священной Римской империи германской нации) – ровно за сто лет до Указа Петра I. Приезжавшие туда путешественники любовались установленными на Рождество в домах местных жителей еловыми деревьями, украшенными бумажными розами, фруктами и сладостями.
Старинная гравюра с изображением Мартина Лютера под Рождественской елью. XVI в.
Источник фото: pinterest.com
Сам обычай связывают с именем немецкого церковного реформатора Мартина Лютера, который, как гласит легенда, в 1513 г., гуляя по лесу в канун Рождества, так залюбовался красотой звезд в ночном небе над еловым лесом, что решил взять с собой домой маленькую ёлочку, украсив её верхушку звездой в память о той самой – Вифлеемской – что указала волхвам путь к яслям новорожденного Христа. Во второй половине XVII в. в поселениях вдоль Рейна дома стали украшать подвешенными к потолку маленькими елями, порой в перевернутом виде (с целью экономии места), или отдельными веточками, украшенными яблоками и прочими сладостями. Очень эффектно смотрелись деревца, на ветках которых красовались горящие свечи. А затем догадались ставить большую красавицу-ёлку в центр комнаты, чтобы вокруг можно было водить хороводы. Но даже на территории Германии праздничная ёлка в доме стала привычным явлением только к концу XVIII века. И лишь в начале XIX в. большие ели стали в Сочельник украшать площади немецких городов.
Век восемнадцатый: русская ёлка – путь «через тернии – к звездам!»
Можно смело утверждать, что Петр Первый одним из первых европейских правителей оценил всю красоту этой праздничной традиции. Правда, в его указе речь не шла о домашней, украшенной игрушками ёлке – по его замыслу зеленый акцент должен был в праздник украсить серо-белую городскую гамму улиц и площадей. Не стал он зацикливаться исключительно на ёлках – можно было использовать любые вечнозеленые породы. Но главное, что это была именно Новогодняя, а не Рождественская ёлка, что подчеркивало светский характер введенного нового праздника. Сразу после основания Северной столицы ёлки стали устанавливать и там. А затем все закончилось так же быстро, как и началось.
Общество не разделило праздничного энтузиазма и эстетических вкусов правителя: с его смертью не успевшая прижиться традиция, казалось, навсегда канула в лету. И это неудивительно, ведь в славянской культуре у ели сложилась другая, противоположная празднику, репутация.
“Сказка”. Худ. В.М. Васнецов (1880-е гг.). Вот он мрачный ельник – идеальное место для избушки на курьих ножках, жилища Бабы-Яги.
Источник фото: pinterest.ru
В русской устной традиции ельник – мрачное, колючее, сырое место, где обитают колдуны и лешие. Ель не сажали рядом с домом, считалось, что та «выживает» рядом с собой лиц мужского пола. А еще она (как и сосна) играла немалую роль в русских погребальных обрядах. Их ветками, обязательно колючками вперед, устилали дорогу на кладбище, чтобы усопший нашел туда последнюю дорогу. и чтобы не вернулся обратно. С такой предысторией тяжело стать символом радости и праздника. Здесь любили другие деревья – белоствольную березу – главное украшение Троицы и пушистую вербу, знак скорой Пасхи.
Впрочем, и в России было немало народов, у которых сложилось иное отношение к ели. Многие жители Западной Сибири и др. регионов (ханты, манси, удмурты) издавна почитали ель, в том числе, и в качестве новогоднего символа. Выбранному дереву приносили дары, украшали золотыми и серебряными подвесками, нарядными платками. Но, как и любые языческие обряды, эти ритуалы не одобрялись церковью и не получили широкого распространения.
Почти единственным исключением, где и в послепетровскую эпоху продолжали ставить ели, были кабаки. Установленное под Новый год над крышей или рядом со входом оно стояло там, желтея и осыпаясь весь год, служа опознавательным знаком для любителей горячительного, чтобы те, даже не умевшие читать, не прошли мимо.
“Зима”. Худ. А.К, Саврасов. Конечно, на картине изображен совсем не кабак, но общее впечатление передано верно.
Источник фото: pinterest.ru
Этот неожиданный поворот в судьбе ёлки сразу нашёл отражение в литературе и разговорном языке. Вот стихотворение Н.П. Кильберга, где рассказ идет от лица кучера:
Въехали! мчимся в деревне стрелой,
Вдруг стали кони пред грязной избой,
Где у дверей вбита ёлка.
Что это. — Экой ты, барин, чудак,
Разве не знаешь. Ведь это кабак.
Связь ёлки и пьянства так упрочилась, что появилось множество понятных всем выражений: «Пойдем к ёлкину, для праздника выпьем»; «Видно, что у ивана ёлкина была в гостях, из стороны в сторону пошатываешься».
“Катание с гор на Неве”. Худ. Д. Аткинсон. к. XVIII в.
Источник фото: pinterest.ru
Кроме этих злачных мест, на протяжении ста лет ёлке не находится места ни на дворцовых маскарадах, ни на народных святочных гуляниях. Зато её начинают, не связывая с праздником, использовать для зимнего украшения городов, особенно Петербурга. Маленькие елочки можно увидеть на катальных горках на Неве или по бокам зимних «ледовых дорожек», по которым «крепкие молодцы на коньках» перевозили санки с отдыхающими седоками через Неву.
Ледовый перевоз через Неву.
Источник фото: pinterest.ru
Так что, хотя бы в этом – чисто декоративном смысле – идея Петра Алексеевича все-таки пустила свои корни. Привычка видеть деревья в зимнем убранстве городов неизбежно сдвигала в позитивную сторону и сам образ ёлки в общественном сознании.
Век девятнадцатый: «Что и за праздник, коли не было ёлки?»
Но окончательно изменил судьбу праздничной ёлки в России век девятнадцатый. Первопроходцем выступил Петербург. С самого основания в городе селилось много немцев (в н.XIX в. – по ощущениям современников – до трети от всех жителей). На своей новой Родине они продолжают поддерживать многие обычаи родных мест. Тут, по-соседски с ними начинают знакомиться другие жители. И все-таки в первой трети века – это милый, близкий (в том смысле, что его можно увидеть своими глазами), но все-таки чужой обычай. Выросшая на местных просторах ёлка именуется на немецкий манер Weihnachtsbaum. И никто из героев Пушкина или Лермонтова ещё не кружит в хороводе вокруг украшенной зеленой красавицы. Зато те, кому удалось побывать на немецком празднике, отмечают его подробности с большой симпатией и теплом. Всем нравится семейный, детский характер торжества, то ощущение добра и предвкушение сюрприза, которое он дарит.
Рождественская ёлка в Аничковом дворце. Сцены из семейной жизни императора Николая I. Худ. А. Чернышев.
Источник фото: http://iapp.ru/
Но окончательно решило праздничную судьбу ёлки влияние августейшей особы. В XIX в. супругами российских императоров часто становились немецкие принцессы. Одна из них – будущая императрица Александра Федоровна (жена Николая I) ставит рождественскую ёлку сначала с 1817 г. для узкого круга во внутренних покоях, а затем, в 1828 г., уже будучи императрицей – в Аничковом дворце. На праздник она позвала не только своих детей, племянников и племянниц, но и детей придворных. В ярко освещенной зале столы, накрытые белоснежными скатертями, были уставлены изящными елочками, украшенными золотыми орехами и конфетами. Под ними лежали милые подарки – игрушки, кружевные платьица, маленькие веера, барабаны и трубы. Восторг детей был полнейшим.
Елочный торг. Худ. Г. Манизер
Источник фото: pinterest.ru
Неудивительно, что на следующий год, многим представителям высшего света захотелось повторить праздник у себя дома с обязательным приглашением гостей. Так, традиция украшать ёлку все шире распространялась среди знатных и богатых семей. А уж затем, делом времени (ну и финансов, конечно) стало и вхождение её в моду среди остальных слоев населения.
История, кстати, не только российская. В Британии ёлка стала праздничным символом Рождества в 40-х гг. XIX в. с легкой руки молодого мужа королевы Виктории – принца Альберта, тоже немецкого принца, по желанию которого нарядная ель украшала сперва дворцовые покои, а потом этому обычаю стала подражать и вся Британия.
Встреча Нового года в крестьянской избе.
Источник фото: pinterest.ru
Очень большой вклад в «пиар-компанию» праздника внесли журналисты. Это тоже была примета времени – массовая печать набирала силу, в том числе и по части информирования читателя обо всех модных новинках. В газетах начали писать о «прелестных ёлках, украшенных фонариками и гирляндами». Заметки сопровождали иллюстрации, радовавшие глаз и одновременно выступавшие наглядными инструкциями для тех, кто хотел повторить это «чудо» у себя дома. В середине 40-х г. в одной из книг, обучающих грамоте – под названием «Ёлка. Подарок на Рождество» – детям обещается, что если они будут хорошо учиться и прилично себя вести, то получат на Рождество ёлку, украшенную конфетами, фруктами и золочеными орехами, которые можно будет взять себе, также как и другие подарки.
Сказка про Щелкуна и Мышинаго Царя. Э. Гофман. Илл. В. Маковский. 1903 г.
Источник фото: pinterest.ru
В 1839 г. выходит русский перевод повести Гофмана «Щелкунчик» с красочной картинкой, где центром является именно ёлка, что способствует ещё большей её популярности, и, кстати,тоже используется как инструкция для устройства ёлки в русских домах. В эту увлекательную игру – подготовку дома к празднику включается всё больше людей, причем взрослые радуются приятным хлопотам едва ли не больше, чем дети. Подключается к теме и торговля – появляются ёлочные базары; для тех, кто не стеснен в средствах – в модных кондитерских на Невском продают ёлки «под ключ»: украшенные игрушками, конфетами, пирожными и пряниками. Стоили они фантастически – до 200 рублей, но спрос порой перекрывал предложение. И это неудивительно: в иных домах на ёлках в качестве украшений используют и настоящие драгоценности. Сам обычай настолько входит в обиход, что над ним уже иронизируют. Современник пишет: «…все помешаны на ёлках…Начиная от бедной комнаты чиновника и до великолепного салона везде…блестят, горят и мерцают ёлки…Что и за праздник, коли не было ёлки?». А скоро словом «ёлка» начинают называть и само торжество: повсюду звучат фразы «пойдем на ёлку», «пригласим на ёлку», «подарим на ёлку». Дольше всех держались помещичьи усадьбы, праздновавшие старинные «народные святки», но затем «сдались» и они. К концу века повсеместно практикуется устройство большой ёлки в барском доме, порой с приглашением крестьянских детей (те же праздники в Ясной поляне, устраиваемые С.А. Толстой).
Ёлка на пути к празднику
Источник фото: pinterest.com
Кроме того, уже с середины XIX в. практикуется традиция устраивать публичные ёлки. Первой в 1852 году – стал открытый для широкой публики праздник в петербургском Екатерингофском вокзале. Не отставала и древняя столица, где ежегодно устраивались праздники в здании Благородного собрания. Обычай «зажигать ёлку» широко распространился по стране. Во всех городских домах, а в деревнях – в школах обязательно старались порадовать детей ёлками.
Страницы журнала «Малютка», в котором в 1903 г. впервые опубликованы слова песни «В лесу родилась ёлочка», ставшей затем праздничным гимном № 1.
Источник фото: pinterest.ru
Взрослые тоже хотели получать свою долю «зимнего волшебства», и в моду вошли «ёлки для взрослых» – новогодние балы-маскарады, где зеленая красавица стала главной деталью праздничного убранства и центром, вокруг которого «вертелось» все действо. Теперь уже никто не считает её мрачной: ею любуются, её ждут и гордятся ей. Этот восторг не подвластен времени и навеки живет в сердце знаком счастливого детства: «Чудная, милая рождественская ёлка! Я люблю тебя! Твои зеленые иглы, твой запах… свечки – всё напоминает детство и милых близких… которых забыть невозможно!»
27 лучших костюмов на Хеллоуин для любителей кино
Костюмы на Хэллоуин — это не всегда ведьмы, вампиры, зомби и всякие монстры. К выбору праздничного наряда можно и даже нужно подойти с креативом!
Предлагаем 27 отличных вариантов костюмов для любителей кино, которые вы легко сможете повторить самостоятельно.
«Монти Пайтон и Священный Грааль». Отличная идея для совместного костюма с друзьями.
«Капитан Марвел». Выглядит красиво, но придется постараться.
А вот это уже проще. Пара старых тряпок, красная краска и вы героиня фильма «Ведьма».
«Аладдин». С такими костюмами к вашей компании точно будут прикованы все взгляды.
«Горе-творец». Идеальный вариант для тех, у кого завалялся старый костюм с выпускного.
Если вы с возлюбленной фанаты «Безумного Макса».
«Кладбище домашних животных». Кот выглядит особенно круто!
«Звездные войны». Обратите внимание на меч.
«Борьба с моей семьей».
«Богемская рапсодия» и неповторимый (или все-таки повторимый?) Фредди Меркьюри.
Придите на вечеринку в наряде Лары Крофт и все мужчины будут ваши.
Если вам нравится фильм «Оно», вовсе не обязательно одеваться злобным клоуном, как это сделают сотни других фанатов. Следуйте примеру этих находчивых ребят!
«Человек-паук: Через вселенные».
«Титаник». Дверь — обязательный элемент костюма.
«История игрушек 4».
«Алита: Боевой ангел».
А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?
Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!
.jpg "Праздник Рождества Христова")
