Фэшн фотограф Алена Сазонова – фото и интервью

Интервью с фотографом Аленой Сазоновой

Алёна Сазонова – московский фэшн фотограф, известный благодаря большому числу творческих и рекламных проектов. Алёна сотрудничает со многими модными дизайнерами, талантливыми стилистами и визажистами, а также с известными модельными агентствами Москвы. Работы Алёны регулярно публикуются в российских, европейских и американских изданиях, посвященных моде и красоте.

Алёна Сазонова

1. Алена, расскажите, почему Вы стали заниматься фотографией? Что подтолкнуло на это, и когда приняли решение превратить фотографию из хобби в профессиональную деятельность?

Все началось банально, с приобретения зеркальной фотокамеры. И, как мне на тот момент казалось, это должно было стать гарантией появления фотошедевров… Однако, автоматически это не произошло и я стала разбираться, как же так. Потребовалось время и усилия, для того, чтобы открыть для себя много технических и художественных аспектов. Однако, практически сразу я для себя сделала выбор в пользу съемки людей, это было самым глубоким и интересным для меня! На тот момент я работала в рекламном бизнесе и фотография была просто активным увлечением! Но в определенный момент я поняла для себя, что это именно то, чем я хочу жить постоянно, и разрываться на разные части уже не представлялось возможным! Ключевым решением было в тот момент скорее начать работать на себя, а не по найму в режиме офисной жизни!

2. Мне с детства нравились модные показы и модели, всегда были любимые модели, которые являли для меня некий идеал. Интересно узнать, есть ли у Вас образ идеальной модели? Может быть назовёте имя известной модели, которая приближена к вашему идеалу?

Да, конечно! Очень понимаю Вас в этом)) Поскольку моей деятельности в области фотографии предшествовала длительная карьера модели, то близкая связь с фэшн-индустрией, конечно была! И по сей день я восхищаюсь супер-моделями 90х, это такая потрясающая эпоха красоты и индивидуальности! Идеальная модель для меня, наверное, все таки Надя Ауэрман. Это если необходимо выбрать именно одну личность! Из любимых моделей могу еще назвать Татьяну Патиц, Линду Еванжелисту… Из нынешних звезд мне тоже много кто нравится, но сейчас каноны красоты сместились несколько в другую сторону.

3. У всех творческих людей есть мечты, хочется осуществить, что-то масштабное, великое или необычное. Есть ли у Вас в планах съемка мечты, которую очень хотелось бы воплотить в жизнь, но пока нет возможности?

Конечно есть мечты, и планы и желания! Хочется делать большие масштабные проекты с серьезными декорациями, стилистическими образами, фантастическими локациями! Концепций мечты у меня целая коллекция, постепенно я их воплощаю в жизнь! Все-таки, если оглянуться назад, то тенденция глобализации в моей работе присутствует!)))

Еще я безумно люблю, когда мои работы обретают фактическую жизнь, то есть на бумаге, в печати. Это всегда очень волнительно и эмоционально для меня!

4. Самая необычная съемка, может быть в экстремальных условиях?

Если говорить об экстремальных условиях, то самой яркой в этом смысле была съемка проекта «Голые в Городе», когда мы снимали обнаженных моделей в центре Москвы – на Красной Площади, на Тверской, в ГУМе и многих других оживленных местах! Проект снимался зимой, в течение 1,5 месяцев, и в некоторые дни на улице было -15! И вся съемочная группа рисковала не просто подхватить простуду, но и быть привлеченными за нарушение общественного порядка!

5. Если немного помечтать, с кем из знаменитостей современности и прошлого хотелось поработать?

Я часто, конечно, вдохновляюсь внутренней и внешней красотой! Одно без другого у меня как то не получается воспринимать. То есть цепляет больше всего сочетание сильной личности и яркой внешности! Безусловно номер один из знаменитостей для меня будет Мадонна. По своей силе и энергетике – это совершенно потрясающая женщина!

6. Какие фотографы нравятся? Возможно, есть любимые фотографы, на которых хочется равняться?

Моя страстная любовь к фотографии, пожалуй, началась с увлеченностью творчеством Хельмута Ньютона. Этот фотограф всегда будет для меня чрезвычайно важным, магнетическим, будоражащим воображение! Среди любимых фотографов – Steven Klein, Steven Meisel, Erwin Olaf, Mert and Marcus, Marc Lagrange, Inez&Vinoodh, Julia Fullerton-Batten и ещё много много других!))


7. Какие у Вас ближайшие профессиональные планы и цели?

Я внутренне всегда стремлюсь к тому, чтобы завтра снимать лучше, чем сегодня! То есть совершенствовать свои идеи, навыки, умения с каждым новым проектом, делать что то новое, выходить за рамки собственных возможностей иногда! К счастью, фотография дает возможности постоянно расти и двигаться вперед… А так, я очень не люблю планирование! В принципе! В моей жизни все происходит таким фантастическим образом часто, что я понятия не имею, куда меня занесет через неделю, например! Поэтому я стараюсь не загадывать больше чем на 2-3 недели вперед (все-таки съемочный график часто требует организации)))

8. Можно ли считать фотографию настоящим искусством, или все же это ремесло с элементами искусства?

В некоторых случаях это бывает даже ремеслом без искусства))))) Как и в других областях творчества. Но, наверное, в фотографии, как и в живописи, и в скульптуре, и в музыке, и в литературе, важна исходная точка, импульс, который родил ту или иную работу! А источник этого импульса, в первую очередь, это душа, на мой взгляд! Талант.. тоже, пожалуй! Навыки и знания тоже важны, конечно, но скорее, как возможность воплотить свою идею в жизнь! Я знаю массу примеров очень технически грамотных фотографов, но искусства там нет! И есть множество абсолютно противоположных примеров, когда человек снимает на айфон потрясающие по композиции или эмоциям вещи!

Читайте также:
Модель размера плюс Наталья Пампуха, фото и интервью

9. Некоторые девушки не любят фотографироваться в связи с тем, что они нефотогеничные. Лично я не могу жаловаться на свою внешность, но меня практически никогда не устраивают фото, всегда вижу немало дефектов, которых нет в зеркале. Поэтому сразу открываю Фотошоп и начинаю полировать фотографию, убираю дефекты, корректирую цвета и формы…

Алена, какой дадите совет тем, кто считает себя нефотогеничной? Может нам просто не везет с фотографами? Или в любом случае без Фотошопа никак нельзя?

Я вот тоже очень капризная и привередливая модель и редко бываю на 100% удовлетворена своими фотографиями))) НО, как фотограф, могу сказать, что конечный результат – это всегда совместная ответственность фотографа и модели! То есть когда один из участников валит вину на другого – это не совсем честно. Фотошоп я практически всегда использую и для цветокоррекции, и для ретуши кожи и дефектов, но есть еще такие вещи, как пластика тела, выражение лица, внутреннее состояние, эмоции наконец! Которые невозможно корректировать Фотошопом)) В первую очередь я бы посоветовала всем девушкам (независимо от того, собираются ли они на фотосъемку) уделить себе несколько часов и поработать перед зеркалом, найти выгодные для себя ракурсы, позы, положения головы, взгляды, улыбки! У каждой женщины они есть. Посмотреть видео ролики со съемок и понаблюдать за моделями, что и как они делают! То есть эти навыки полезны не только моделям, но и в жизни это тоже часто бывает актуально! Ну а у фотографа уже свои способы и секреты, как найти выигрышные ракурсы того или иного человека!

10. Интересно узнать Ваши предпочтения в выборе фототехники, какая камера и набор оптики?

Это ни для кого не секрет, что преобладающее большинство фотографов делятся на 2 противоборствующих лагеря – Canon и Nikon!))) Я с самого начала с Nikon, и предавать эту марку не собираюсь! Сейчас в моем арсенале новая камера Nikon D810, объективы Nikkor 24-70mm f 2.8, Nikkor 70-200 mm f 2.8, Nikkor 50 mm f1.4. Надеюсь, что однажды у меня дойдут руки до моей старенькой фотокамеры Zenit E, и мы с ней наснимаем красоты!

11. В последнее время в России сложилась необычная ситуация, курс доллара и евро выросли, поэтому сейчас имеется редкая возможность купить многие товары дешевле, чем в США и Европе. В свете этих событий многие могут выгодно купить свой первый фотоаппарат.

Какую камеру посоветуете начинающим фотографам? Стоит ли сегодня покупать зеркальный фотоаппарат или лучше купить беззеркальный со сменной оптикой?

Сейчас уже, наверное, этот момент выгодной покупки за счет разницы в курсе валют, ушел… Но я бы однозначно посоветовала покупать зеркальную камеру! Потому что это даст человеку возможность развиваться при желании! То есть если будет потребность, то такую камеру всегда можно будет дополнить разными объективами, позволяющими выполнять различные виды съемки!

12. Большинство творческих людей в определенные моменты жизни сталкиваются с творческими кризисами. У Вас были такие периоды? Если были, где черпали вдохновение и силы для дальнейшей работы?

Конечно, ведь творческие люди особенно чувствительны к внешней среде, да и внутренние бури бывают очень сильными! И, к тому же, невозможно быть постоянным генератором идей, это чаще процесс волнообразный! За подъемом нередко идет спад, такая амплитуда творческой активности. Мне кажется, что в такие моменты спада важно в первую очередь принимать их в себе, и не пытаться бороться или насильно заставлять себя творить! Еще в такие моменты очень важна поддержка и понимание со стороны близких людей, это очень лечит! И, как мне кажется, творческие «кризисы» или спады всегда можно использовать себе во благо – мне неизменно помогают визуальные впечатления в такие моменты! Вытаскиваю себя на выставки, много смотрю – живопись, фотография, «правильное» кино, иногда даже какие-то архитектурные формы способны на многое! Самое главное, чувствовать себя и слушать свой внутренний голос! А за спадом неизменно будет подъем, и кто знает, какие новые свершения он принесет!

Фэшн фотограф Алена Сазонова – фото и интервью

Фэшн-фотография (fashion, модная фотография) как жанр фотоискусства появилась в начале прошлого века. За это время она успела отвоевать себе солидную долю рынка профессиональной фотографии. Еще в 20-е годы фэшн-фото стало вытеснять графику в полиграфических изданиях того времени. Приблизительно в то же время возникла идея модного фотожурнала, и с тех пор они идут рука об руку, как пара, которую не разлучить.

Фэшн-фотография сегодня – это съемка коллекций одежды и аксессуаров домов моды, съемки дефиле, мероприятия в стиле гламур и многое другое.
Требования к фэшн-фото изменились, акценты сместились, и сегодня образ, создаваемый фэшн-фотографом, зачастую имеет гораздо большее значение, чем такие конкретные детали, как одежда, макияж, прическа.

Читайте также:
Замуж за итальянца и семейная жизнь в Италии

Читайте в разделе интервью с профессиональными фэшн-фотографами, в которых они приоткрывают секреты своей профессии.

Джейк Терри: Fashion-фотография
всегда открыта для экспериментов

Австралийский fashion-фотограф Джейк Терри не увлекается модой, но уже успел снять обложки для GQ Australia, Vogue Australia и поработать с различными модными брендами. Журнал «Российское фото» поговорил с Джейком и узнал, как фотографы приходят в мир моды, что делать, чтобы оставаться востребованным фотографом, а также критерии успешной фотографии.

Эгле Эллерман: Не угождайте вкусам
общества, ваше видение уникально

Эгле Эллерман — русский молодой фотограф из Дании и участница World Professional Photographers Organization. В работах Эллерман каждая деталь играет свою важную роль, а именно отразить мировоззрение Эгль, передать ее видение эротики и доказать, что самое главное в творчестве — следовать своим творческим порывам и интересам, иначе потеряешь себя.

Fashion-фотография Дездемоны
Варон: другой взгляд на детали

Разговор с человеком искусства может вдохновить индивидуума на творчество. И очень часто такие события становятся ключевыми в жизни фотографов. Так случилось и с fashion-фотографом Дездемоной Варон, которая решилась не просто изучать искусство, но и стать его частью. Результат — сотрудничество с крупными fashion-журналами, работа в главных столицах моды и необычный взгляд на фотографию.

Кристина Кораль: Женский образ —
лучший интерпретатор чувств

Наши воспоминания имеют мощное влияние на нашу жизнь, ведь на их основе строится наше мировоззрение и формируется представление о прекрасном. Итальянский фотограф Кристина Кораль использует свое прошлое, как вдохновение для своего творчества, а внутренний диалог играет роль мощного ресурса для выражения своих идей в фотографиях. И, по словам самой Кристины, никто лучше не передаст чувственное высказывание лучше модели-женщины. В своем интервью Кораль рассказала журналу «Российское фото» о своем подходе к работе, трендах в фотографии и обыденности фотографа.

Рейлиа Слейби: Меньше визуальной
стимуляции, больше творчества

Как вы думаете, что будет, если соединить японскую и европейскую культуры? Скажете, конфликт, ведь это такие разные цивилизации, которым тяжело принять культурные реалии друг друга? Что ж, в этом есть доля правды, но всегда есть те, кто становится исключением из правил. Как Рейлиа Слейби (Reylia Staby) — фотограф с европейской внешностью из Японии. В своем интервью Рейлиа поделилась с журналом «Российское фото» о внутреннем конфликте двух культур, о фотографии, которая помогла преодолеть трудности определения своей идентичности, и о визуальной стимуляции, разрушающей творческий ресурс фотографа.

Бизнес сегодня: Pandora и AliExpress
устроили съемку на самоизоляции

У бизнеса в такие тяжелые времена — «карантин» и этот сумасшедший кризис, — есть два пути: поддаться панике и исчезнуть на веки веков или же адаптироваться к сегодняшним условиям. Как же оставаться на плаву в такой шторм? На этот вопрос точно знают ответ мировые бизнес-гиганты AliExpress Россия и Pandora. Две компании устроили дистанционную арт-съемку об изменениях в человеке во время самоизоляции и перепрофилировали актуальную проблему в актуальную рекламу.

Мода, перья и дом Versace:
fashion-съемка Джулиена Телла

Fashion-фотограф Джулиен Телл (Julien Tell) — а также штатный фотограф онлайн-журнала и бренда Highsnobiety, эксперт по тенденциям моды, музыки и развлечений — использовал H6D-100c для съемки своей последней коллаборации с модным домом Versace. Результат — яркая одежда и красочная композиция из перьев ожили прямо на съемочной площадке.

Как снять рекламу Coca-Cola
в рамках концерта? И не только..

Воля Медведев — молодой фотограф из Краснодара, который начал заниматься фотографией, чтобы обратить на себя внимание окружающих. Он сразу понял, как в клубах относятся к фотографам, и решил попробовать себя в этом непростом жанре. Прошел путь от съемки репортажей на самых разных мероприятиях, попробовал свои силы в свадебной фотографии, сделал несколько кампейнов и лукбуков. А потом даже снял рекламу Coca-Cola в рамках их концертного тура.

Наташа Янкелевич:
«Я люблю неформат»

В этом году фотография Наташи Янкелевич заняла третье место в номинации «Фэшн и гламур» на конкурсе 35AWARDS. Главный источник ее вдохновения — люди с необычной внешностью. Она буквально охотится за яркими персонажами.

Марина Ветрова: «Пластиковые
лица ушли в прошлое»

Марина Ветрова — призер конкурса 35AWARDS в номинации «Фэшн и Гламур». Она с юности начала проявлять интерес к графике и визуальным искусствам: в 17 лет уже работала дизайнером в рекламном агентстве, разрабатывала логотипы, фирменные стили, рекламу. При этом часто требовалось сфотографировать продукцию, и Марина занималась съемками сама. Так и родился интерес к фотографии.

Интервью с призером конкурса
35AWARDS: Валерия Мытник

Валерия Мытник не первый раз принимает участие в конкурсе 35AWARDS. В прошлые годы ее работы уже были отмечены в номинациях «Постановочное фото» и «Детская фотография». В этом году она стала одним из лучших фэшн-фотографов.

О фотографии и стилистике:
Интервью с Ириной Барышниковой

Ирина Барышникова — профессиональный фотограф-имиджмейкер из Москвы. Ирина попробовала множество профессий, но в итоге остановилась на работе в двух направлениях: стиль и фото. Ирина сотрудничает с дизайнерами, шоурумами, различными марками одежды и аксессуаров, поэтому она не понаслышке знает, как создавать образы для лукбуков клиентов. О работе фотографом и имиджмейкером в одном лице — в материале журнала «Российское фото».

Читайте также:
Интервью с дизайнером Даниэлой Виоланти – бренд Violanti

Мода vs Искусство в фотографии — рассказывает фэшн-фотограф Евгений Шишкин

Фотограф Евгений Шишкин сделал самые узнаваемые съемки за последние пару лет. Будь то главный герой поколения в толпе или его жена Мария в акробатической позе. Именно он увековечил эксклюзив — беременную Алесю Кафельникову на обложке Elle. Его фотографии стали обложкой Badlon и Office Magazine, он принял участие в выставке «Если любишь — отпусти» в «Рихтере».

Что же такое фэшн-фотография и как из юного математика, сменившего шесть школ и несколько стран, он превратился в одного из самых востребованных фотографов, Евгений рассказал арт-консультанту Александру Бланарю.

Начнем с самой животрепещущей темы, которая постоянно всплывает и ради которой мы с тобой собрались, — что такое фэшн-фотография и арт-фотография для тебя?

Для меня фэшн-фотография — это в первую очередь работа в команде. Этот жанр сильно отличается от остальных. Направление, в котором навыки нескольких профессионалов соединяются для более сложного результата, чем тот, что можно получить в одиночку. На мой взгляд, среди всех направлений в фотографии, фэшн наиболее близка к кино. Дизайнеры, стилисты, визажисты и мастера по волосам — все работают для общей цели. Если посмотреть на этот жанр со стороны моего математического детства, каждый из членов команды делает определенный участок квадратных сантиметров на изображении настолько красивым, насколько это возможно, а когда у тебя есть возможность сделать изображение лучше, зачем от нее отказываться?

Но такие фотографии продаются на аукционах, у них есть коллекционеры, статус.

Это уже следствие, талант автора и социальная значимость превращают фэшн-фотографию в произведение искусства. Первоначальная же ее цель — продать товар, изображенный на снимке.

Во-первых, фотография художественно безупречна. Во-вторых, Ричард стал легендой еще при жизни. В-третьих, здесь запечатлено самое первое платье для Dior, созданное 19-летним Ив Сен Лораном. Это фотография — художественный шедевр, а также имеет ценность как летописный объект.

Фэшн-фотография может стать произведением искусства, но нужны ли определенные навыки именно для фэшн-фотографии?

Коммуникация и стрессоустойчивость. Фэшн-фотография — это командная работа. Поэтому навыки коммуникации крайне важны — с командой, моделью и клиентской стороной (журнал или бренд). Тебе нужно не только художественно высказаться, но и выигрышно показать чужую работу, будь то одежда, макияж, украшения и т.д. При этом в кадр постоянно будут заходить люди из команды, которые будут поправлять вещи, макияж, прическу. Это может разрушить «момент», когда человек перед камерой (модель) находится в правильном эмоциональном состоянии, в идеальной позе. К этому надо быть готовым. Чтобы такое не происходило постоянно и неуместно, важно найти общий язык с командой и объяснить комфортный темп и настроение работы на площадке.

А как ты оказался в фотографии и выбрал для себя фэшн-фотографию?

С детства я усиленно занимался математикой и программированием. В лицее был олимпиадником по информатике. В старших классах папа купил фотокамеру, чтобы фотографировать семью и вести наш архив. Во время одной из семейных поездок в Турцию я и сделал, как я сейчас считаю, свою первую сильную фотографию. Она меня поразила! Я был удивлен тем, как легко я смог сделать так красиво. Это очень вдохновило меня, и всю поездку я провел с нашей цифровой мыльницей.

Далее был переезд в Калининград и поступление в институт. Поступил я на математический факультет на специальность «компьютерная безопасность». Папа подарил мне камеру, и она стала для меня инструментом поиска новых знакомств. В то время (2009–2010) был настоящий бум, все хотели сделать себе снимки для социальных сетей. Так что желающих фотографироваться было навалом.

Мне оставалось только выбирать, с кем я хочу познакомиться, и предложить съемку.

Чем дольше я занимался фотографией, тем больше она мне нравилась, но все же она оставалась хобби. Так продолжалось, пока по случайности я не попал на курсы фотографии. У меня был замечательный мастер Сергей Трень. Он привил мне любовь к искусству и фотографии в частности. Спустя год я охладел к математике и программированию, решил бросить свой первый университет и посвятить свою жизнь фотографии.

Спустя еще год я поступил в University of the Arts London. Мне предложили две специальности на выбор: Photography в London College of Communication и Fashion Photography в London College of Fashion. Выбирая между фотографией (художественная фотография, не ограниченная жанром) и фэшн-фотографией, я отдал предпочтение второй, хотя к этому моменту никогда ей не занимался всерьез. На мой взгляд (20-летнего подростка), фэшн-фотография предлагала хоть какое-то представление о том, что ею можно будет зарабатывать деньги после учебы.

С такими специальностями сложно представить, получится ли себя обеспечить вообще.

Согласен, но тогда я наслушался рассказов о том, сколько денег было в индустрии моды и в рекламе в Москве (раньше), не говоря уже о Европе. Тем более что стоял вопрос не выбора профессии для заработка, а какой фотографией заняться, чтобы с большей вероятностью и стабильностью зарабатывать в будущем.

Читайте также:
Интервью с актрисой и певицей Сарой Окс

И как ты снова оказался в России, в Москве?

Впервые я приехал в Москву в конце учебы, снимать свой дипломный проект. Он был о истории России в контексте фэшн-проекта. Для его реализации важно было снимать в России, только с российскими дизайнерами и моделями.

После учебы у меня не получилось остаться жить в Лондоне, и я переехал в Москву; как надолго, я не понимал, но точно знал, что я уеду на Запад. Первое время было очень тяжело начинать все с чистого листа тут.

Все очень жалуются, что в России глянец и модная индустрия должны давать больше свободы действия, что глянец работает с одними и теми же фотографами, есть четкое ТЗ и нет никакой свободы и креатива?

Вопрос достаточно комплексный. Дело в том, что в России почти полностью отсутствует сегмент журналов альтернативной моды. Такие как I-D, Dazed, Double и т.д. В то время как сегмент более коммерческих изданий имеет менее экспериментальный запрос. Когда я только приехал, было крайне тяжело уговорить людей снимать хотя бы на пленку, все ее очень боялись. Приходилось делать много проектов бесплатно. Иногда просто за расходы на пленку и проявку. Со временем это изменилось. Сейчас журналы старой гвардии готовы на большие эксперименты, появилось много молодых успешных брендов, которые готовы на что-то новое. Большую свободу и голос авторам дали музыканты, в силах которых не только обеспечить идеи должным финансированием, но и показать твою работу очень большой аудитории, иной раз превышающей аудиторию глянца по численности. Отдельно хочется отметить новый журнал BADLON, который появился именно для того, чтобы давать авторам показать себя, свой голос и свои идеи.

То, что у нас снимают с одними и теми же фотографами, я считаю, что это следствие изоляции нашего рынка. Мы находимся в пределах русскоговорящего мира, границы тяжело пересекать и поэтому гораздо сложнее привозить интересных фотографов из других стран, как, например, это делают в Европе. Также надо помнить, что уметь делать красивые фотографии для себя, в комфортных условиях и с привычной командой — это одно. Когда ты можешь снимать месяц и сделать 30 крутых снимков. Работать на площадке с изданием — это совсем другое. Ты должен не за месяц, а за 1 день сделать 5–20 сильных снимков. Ты должен уметь снимать в стрессовых условиях, с новыми людьми и не всегда с теми, с кем тебе легко найти общий язык или видение результата. У нас очень много талантливых ребят, но не так много настоящих профессионалов, мастеров своего дела. Думаю, поэтому издания предпочитают не рисковать и работать с теми, чей результат им нравится из раза в раз.

Как ты считаешь, тебя открыл кто-то?

Первым человеком была Женя Онегина.

Она звала меня поработать с изданиями, где работала, когда я еще учился в Лондоне, но у меня не было денег на билет в Москву, поэтому первое наше сотрудничество произошло, когда я приехал снимать свой дипломный проект. После переезда в Москву я очень много с ними работал, думаю, Женя и эта площадка стали для меня отправной точкой. Мою работу стали замечать и приглашать в другие журналы.

Вторым был Игорь Андреев. Когда Игоря назначили главным редактором, он позвал меня снимать для них. Игорь дал нам полную свободу. Это был глоток свежего воздуха. Мы могли экспериментировать, мы смогли показать всем остальным, как можно делать по-другому — и это получится хорошо.

У фотографов же тоже бывает своя тема, то, в чем он мастер? Вот, например, Богдана Широкова скорее позовут делать мужскую съемку. А твоя тема?

Думаю, что моя тема — это женский портрет, спокойствие в кадре, тишина и техничность. Последнее переживало кризис в последние лет восемь. Я очень рад, когда вижу, что это возвращается. Мы в первую очередь фотографы, и у нас есть собственный художественный язык, умение пользоваться которым, на мой взгляд, крайне важно. Чтобы силу изображения на себе держали не только харизма модели и работа стилиста, но также и художественный и технические фотоприемы.

Меня всегда восхищало, когда фотографическим языком работа выведена на особый уровень, это невероятно. Когда ты смотришь на мастерство автора, вау, как он это сделал. Техника производства для меня изначально были самой интересной и завораживающей.

Фотография, как и любое произведение искусства, должна вызывать эмоцию, неважно, сделано это филигранной техникой или яркой эмоцией. Это, на мой взгляд, самая основополагающая вещь, это сердце фотографии. Эмоциональное сопереживание, когда ты на нее смотришь.

Как я болела. Интервью с финалисткой конкурса World Press Photo Аленой Кочетковой

Вы ведь подавали на World Press Photo серию, но они отобрали только одно фото. Вы согласны с жюри, что это самая сильная работа из фотоистории?

Любое жюри — совокупность мнений, и одну и ту же работу разные судьи могут оценивать диаметрально противоположно. Для меня главное в крупных международных конкурсах то, что профессионалы в области фотографии, которые меня до этого не знали, отметили мою работу среди огромного количества заявок.

Читайте также:
Дорота Врублевская (Dorota Wróblewska) фешн-блоггер из Польши

До этого я получила несколько наград других конкурсов за эту серию фотографий: Гран-при конкурса фотожурналистики имени Андрея Стенина, Гран-при Питер Фото Феста, Young Man in 21st Century в Литве, стала лауреатом конкурса «Молодые фотографы России». Эти победы утвердили меня в мысли, что история может иметь успех и на World Press Photo.

Работая над этой темой, я старалась создать целостную историю, которая рассказывает не только о разных аспектах и нюансах жизни во время лечения рака, но и имеет определенный драматизм и вектор: не зря серия начинается и заканчивается снимками у окна, но разными по смыслу и восприятию.

Я рада, что моя работа прошла, ведь даже в виде одиночной фотографии она поднимает проблему, о которой я хотела рассказать.

Это очень личная история. Как вы решились ее снимать?

Фотография — естественная часть моей жизни, я через нее так или иначе отражаю все, что происходит со мной и вокруг меня. В этот раз тема в прямом смысле нашла меня сама. Во время лечения, когда самочувствие далеко от идеального и даже выйти из дома не всегда легко, творчество стало для меня опорой и даже необходимостью.

Общаясь с другими онкобольными, я поняла, что кроме медицинских проблем есть целый ряд проблем в восприятии их обществом. До сих пор встречаются люди, которые относятся к человеку, больному раком, как к прокаженному. К сожалению, в этой области очень много мифов и псевдонаучной информации. Достаточно вспомнить недавнюю историю, как жители одного из домов собирали подписи против проживания в их доме онкобольных детей, думая, что рак заразен.

Часто онкобольных снимают в оптимистическом ключе: на снимках радостные лысые люди улыбаются и всем своим видом говорят: «Все нормально, я держусь». Это очень хорошо поддерживает самих больных, но для человека «снаружи» делает проблему менее значимой и глубокой.

В случае моей работы трудности и боль — это средство пробудить в людях понимание и сочувствие. Я получала и откровенно отрицательные отзывы: некоторые видят в этой истории только негатив и советуют не показывать ее никому, потому что боятся испортить свою идеальную картину жизни.

Через свой проект я говорю о том, что испытывают многие люди, столкнувшиеся с подобным заболеванием. Эта история не о том, как мне плохо, это, скорее, призыв услышать, понять, поддержать не только меня, а любого, кто рядом и нуждается в помощи.

Что вы чувствуете, попав в финал именно с этой работой? Есть ли у вас ощущение, что эта победа перевернула страницу в вашей медицинской карте?

Номинации на международные награды и медицинская карта — вещи слабо связанные. Надеюсь, что на этом моя история болезни закончится, но специфика онкологических заболеваний в том, что никаких гарантий нет. Что будет, известно только Богу. Болезнь не надо воспринимать однобоко, только как наказание или несправедливость. Это испытание и, возможно, одна из самых ценных частей жизни, время для ее переосмысления и изменений к лучшему в нравственном плане.

Какое вы дали бы напутствие тем, кто хочет победить в конкурсе?

На мой взгляд, чтобы победить в большом конкурсе, история через актуальные проблемы современности должна рассказывать о глубинном, вечном. Она должна резонировать у большого количества людей и при этом оставаться личной и искренней. Хорошо, если она будет экспериментальной, но главное, она должна быть смелой и сильной визуально. Об этом легко говорить, но сложно сделать.

Интервью с fashion-фотографом

Сегодня хотим поделиться с вами интервью с фотографом, которая рассказала о тонкостях этой сферы, работе с моделями и вдохновении.

Евгения Аверьянова – московский фотограф, которая занимается любимым делом на протяжении 8 лет, сначала это было ее увлечением, но со временем это стало ее профессией. Женя закончила подготовительные курсы ВГИКа на оператора, курс цифровой и аналоговой фотографии в Central Saint Martins в Лондоне, проходила многочисленные курсы в фотошколах, и считает, что развиваться нужно всегда.

В настоящее Евгения является фотографом бренда Portal и Porta 9, а также сотрудничает с различными известными марками одежды и обуви . Также в свободное время старается снимать творчество, различные фешн истории, которые служат вдохновением для ее работы.

Как ты начала заниматься фотографией?
К фотографии меня привела атмосфера творчества, в которой я была воспитана родителями. Занятия танцами с раннего детства научили чувствовать прекрасное, а рисование в школьные годы – композиции и видению кадра. Лет в двенадцать, в одном из семейных путешествий захотелось поснимать местных жителей на папин большой фотоаппарат, это выглядело очень забавно, потому что за ним не было видно моей головы. По приезде домой мне вручили цифровую мыльницу, на которую я фотографировала подруг в парке, а позже уже появился интерес к более качественному изображению и плёнке.

Что тебя вдохновляет?
Сама работа является главным вдохновением для меня. Предвкушение съемки, творческий процесс и взаимодействие с интересными людьми сподвигает снимать больше и больше. Самый серый будничный день становится ярким в момент съемки. Меня очень вдохновляют путешествия, люди, которых в последствии хочется запечатлеть, и искусство во всех проявлениях.

Читайте также:
Ксения Луговая о семье, работе и том, как все успевать

Какие из современных фотографов тебе нравятся?
Могу бесконечно пересматривать работы таких мастеров, как Энни Лейбовиц, Патрик Демаршелье и Питер Линдберга. Они всегда направят в нужную сторону, если нужна идея. Также меня восхищают работы Родни Смит, Стива Маккари, Колины Рентмисте, Абдуллы Артуева, Саши Самсоновой и Яны Калиной. Вокруг меня очень много талантливых фотографов, чьи снимки я вижу в Инстаграме, их можно перечислять долго.

Как ты налаживаешь контакт с моделями?
Очень важно приходить на съемку с хорошим настроением и улыбкой, тогда контакт налаживается сам собой. В процессе я общаюсь с моделью, узнаю о ее жизни, интересах. Мне всегда интересно узнать внутренний мир человека, это помогает раскрыть его на фотографии. Так часто складываются творческие тандемы.

Есть ли у тебя свои фишки?
У меня есть приемы, которыми, уверена, владеют и другие фотографы, это фотография в движении, использование бликов и отражений, игра света. Их сложно назвать фишками, но они создают мой почерк. Еще могу добавить, что не люблю агрессивный взгляд в камеру, стараюсь делать мягкие кадры.

Как много времени у тебя уходит на обработку одной фотографии?
Это зависит от конкретного задания, я обрабатываю фотографии в два этапа: сначала работаю над цветом, а потом – ретушь. Иногда достаточно нескольких минут, когда при съемке удается учесть все нюансы, а бывают кадры, которые требуют часовой постобработки, где я много времени уделяю структуре кожи.

Фото – это искусство?
Известно, что Дега, Ван-Гог и Тулуз-Лотрек увлекались фотографией и использовали снимки в качестве основы для будущих картин. Одного этого факта достаточно, чтобы считать фотографию искусством со времен ее возникновения. В настоящее время, учась на магистратуре Факультета искусств МГУ, я изучаю фотографию как часть современного искусства. Кстати, в Пушкинском сейчас проходит выставка импрессионистов и передвижников, в этих картинах можно увидеть общие черты с кадрами, сделанными на длинной выдержке.

«Работа с Кайли Дженнер создала платформу для знакомства США и моей фотографии», — украинский фотограф Саша Самсонова о работе со звездами и жизни в Лос-Анджелесе

Эксклюзивное интервью для ELLE.UA

ELLE Когда уехали в Лос-Анджелес, при каких обстоятельствах и как удалось заявить о себе там?

Саша Самсонова Это, пожалуй, звучит немного грустно, но в какой-то момент я поняла, что в Украине нет того, что дало бы мне возможность реализовать свои амбиции, достичь желаемого. При этом я обожаю Украину и безумно благодарна за то, что получила здесь, ведь такой старт, как был у меня — бесценный толчок.

Я в Лос-Анджелесе с 24 лет, и с самого начала я очень много работала, по сути, построив новую карьеру.

Сначала я делала fashion-съемки и показы, но потом поняла, что это не совсем мое. Конечно, очень большую роль сыграл мой коннект с Кайли Дженнер, которая обратилась ко мне за фотосессией, и с тех пор мы часто работали вместе. Очень важным моментом силы для меня также была съемка клипа с Pink.

Глобально меня двигало вперед абсолютное неприятие сценария, где я сдаюсь. Альтернативы уехать домой не было, поэтому мое упрямство, возведенное в абсолют, помогло оказаться там, где я хотела. А дальше уже все шло само собой: фотография остается фотографией в любой стране, и это не меняется.

Саша Самсонова

ELLE Первая знаковая работа в карьере, после которой все изменилось?

С. С. Этот вопрос вызывает у меня очень приятные воспоминания. Для меня это моя супер-микро маленькая съемка на две картинки в Harper`s Bazaar, когда мне было 17 лет. Я думаю, это очень знаковая часть моей жизни: момент, когда фотография превратилась из игрушки во что-то, что могло бы стать настоящим делом для меня, как для личности. И, пожалуй, второй такой момент произошел, когда я приехала а Лос-Анджелес и поработала с Кайли Дженнер. Эта работа создала платформу для знакомства США и моей фотографии.

Кайли Дженнер

ELLE Как познакомились с семейством Кардашьян, насколько сестры вникали и вовлекались в процесс создания кампейнов?

С. С. Мы познакомились, можно сказать, через интернет. Они просто обратились ко мне с предложением о съемке Кайли, и на тот момент это было очень круто. Кайли было 17 лет, а я была младше, чем сейчас, почти на 6 лет.

Лично мы увиделись уже на самой съемке, все прошло очень душевно и приятно. Наш первый проект очень соответствовал моей эстетике и был под моим креативным контролем: я выбрала локацию, Кайли очень прислушалась ко мне в плане луков и всех моментов по съемке. Это была настоящая крутая коллаборация.

С Кендалл мы точно так же много коллаборируем, когда снимаем наши личные проекты. Но это скорее не продуманный заранее сценарий, а разговор во время съемки: «Давай пробовать это, давай то». Атмосфера очень живая и дружественная.

С Хлои работать также очень приятно, есть такой вайб, когда человек очень открыт и доверяет, благо, моим идеям.

Кендалл Дженнер

ELLE Кому принадлежит идея клипа Pink, как работалось с певицей?

С. С. Когда команда Pink обратилась ко мне с песней WIld Hearts Can’t Be Broken, они уже знали, что хотят увидеть: очень минималистичный клип, скорее всего, черно-белый. То есть у них было очень хорошее понимание того, что им нужно, а я просто предложила свое видение этой идеи, так как у них был запрос на определенное ощущение. Эта песня достаточно важна лирически, и мы просто пытались не испортить и не опошлить ее смысл и силу картинкой. Хотелось чего-то очень настоящего.

Сама Pink просто потрясающая. Она пела вживую, когда мы записывали клип, и это один из тех моментов, когда встают дыбом волосы на голове и мурашки по коже бегут. Она — сила.

ELLE Какие работы для вас самые знаковые и в каком направлении хотите развиваться дальше?

Читайте также:
Интервью с дизайнером Пьеро Фонтанелли

С. С. Очень хороший вопрос, потому что я сама часто об этом думала. Понимаю, что к сожалению, если снимаю знаменитость, эта фотография доберется до гораздо большего количества людей. Но при этом многие требуют, чтобы я фотографировала больше обычных людей, я обожаю это делать для своих личных проектов. Но те же самые люди не дают на них такого отклика, потому что это не знаменитость. Такой вот замкнутый круг.

Поэтому, как ни странно, знаковые фото я у себя в голове разделяю на две категории: проекты, которые дошли до кучи людей, и проекты, которые просто для меня очень важны, чью популярность я, грубо говоря, не рассматриваю.

В таких случаях это чаще всего мои личные съемки, особенно последние 3-4 года. Это проекты, которые я полностью создаю сама: ни клиента, ни продакшн компании, никого. Чаще всего в итоге таких работ люди приходят и просят такую же съемку, но только для них в этот раз. Все потому, что на таких площадках у меня есть возможность показать, как я теперь думаю и что у меня в голове. Некому меня остановить и сказать, что это не подходит или может быть прочитано как-то странно. Мне кажется, что очень важно создавать вещи, которые ты просто почувствовал на площадке и дать свободу мозгу превратить ощущения в картинку. Для меня проекты с такой возможностью и есть самыми знаковыми.

ELLE Часто бываете в Украине? За кем из наших артистов следите и кто импонирует?

С. С. К сожалению, в Украине я бываю редко, поэтому наши артисты и таланты тоже далековато от меня. Это не специально, мой переезд в Америку даже заставляет больше гордиться, радоваться и думать об Украине. Мне кажется, на самом деле, что это очень характерная черта людей.

Как-то не могу придумать сразу никаких имен. Благо, есть мои лучшие друзья, сестры-близняшки Яна и Ева Токарчук, мы часто обсуждаем Украину вместе, поэтому я знаю, что сейчас в Украине много талантов, молодых и не очень молодых, которые создают какие-то потрясающие вещи, и под страхом того, что я кого-нибудь забуду, не буду никого выделять по именам.

Но могу сказать, что когда у меня есть хоть какой-то повод похвастаться Украиной, как-то привлечь Украину в своей работе — обязательно это делаю.

ELLE Кто из современников в области искусства, кино, музыки восхищает и вдохновляет?

С. С. В области кино я безумно восхищаюсь корейскими режиссерами. Конечно же, я безумный фанат Дэвида Финчера и Чарли Кауфмана, того же Тарантино и даже Джеймса Кена. У меня есть миллион кумиров в плане кино, но Корея для меня — особая любовь. Там совершенно другой подход к кино, который мне очень близок в плане стремления к чему-то новому и свежему.

Что касается телевидения, я сейчас закончила сериал I may destroy you. Он написан женщиной, и она же играет главную роль. Это просто потрясающе интересная и жизненная история — я ее фанат. Мне очень приятно говорить о женщине, особенно молодой (ей 32 года всего), в таком формате.

Насчет музыки, конечно, я главный фанат Галланта, его музыка делает меня счастливой. Не просто потому, что я люблю его, как человека, а потому что это очень красивая и откровенная музыка. Я знаю, как он к ней относится и, наверное, именно это делает мою любовь к ней еще сильнее. Ну и, конечно же, D`Angel помогает моему мозгу настроиться на правильную волну, когда этого не может сделать ничто другое.

ELLE Кто для вас стал примером, учителем в мире фотографии?

С. С. В привычном понимании я не училась фотографии нигде, и всю жизнь как идиот, я этим очень гордилась. Даже не то, что гордилась, но мне нравилось говорить, что нет, я не ходила никуда в школу, никогда не училась и так далее. Сейчас считаю, что это немножко глупости, потому что круто сначала понять правила игры, а потом в нее играть.

Я правила игры не знала, а просто стала играть в фотографию, потому что она делала меня счастливой. Для того, чтобы учиться и понимать, что вообще снимать, я просто смотрела на фотографии великих фотографов.

Я сама для себя решала, что они великие, то есть никто мне не рассказывал: «Вот это крутые фотографы, а вот это — нет». Все, что я могла найти через интернет, просто наполняло мою голову, и сам по-себе выбор пал на такого человека, как Хельмут Ньютон, например. Да и, в общем, учить больше нечего было. Я смотрела на фотографию, и она заставляла меня чувствовать что-то, а я пыталась понять, почему себя так чувствую, когда вижу этот кадр. А потом уже пробовала создать свою версию этого ощущения с помощью фотографии.

Читайте также:
Интервью с дизайнером украшений Оксаной Рогальской

ELLE Что важно при работе с известными людьми?

С. С. При работе со знаменитостями важны две вещи. Первое — уважать личное пространство и личную жизнь человека, с которым работаешь. Но это и так естественно понятная вещь: ты должен защищать этого человека, быть очень аккуратным и уважительным, потому что съемка — это довольно стрессовый процесс. Кроме того, ты владеешь информацией, которую люди могут использовать в своих целях, поэтому умение аккуратно относиться к этому — бесценно.

Второе — нельзя забывать о том, что ты все еще фотограф, и ты на площадке находишься для того, чтобы сделать потрясающее фото. Поэтому очень важно не отдавать контроль над фотографией кому-то другому, даже если работаешь с великими знаменитостями. Классно делать коллаборацию, но полностью отдавать контроль и считать, что не можешь с этим человеком сделать то, что необходимо для фотосессии — значит наплевать на свою собственную фотографию.

ELLE В какой момент решили заниматься режиссурой?

С. С. Я решила заниматься режиссурой где-то к 23 годам. Мне сложно сказать, как именно это получилось. Кажется, до этого мне люди намекали, что нужно подумать на счет видео и движущихся картинок, но меня эта идея не очень вдохновляла, и мне было не совсем понятно, как моя фотография может измениться в видео, а тем более перерасти в кино. А потом я была на съемках клипа с крутой командой, которая, собственно, и показала мне, что такое режиссура. Тогда я поняла, что более подходящей профессии, наверное, для меня не существует. Это как если бы я была кубиком и наткнулась на просто гигантскую чистую стену с выемкой в ней, в которую я идеально впишусь и смогу жить в гармонии. Как-то так я представляю свои отношения с режиссурой.

Если есть работа, в которой я могу объяснить свое видение другим людям, рассказать им, как мы будем делать вещи, чтобы это видение стало реальностью — это моя мечта.

ELLE С кем ещё мечтаете поработать?

С. С. У меня очень много любимых фантазий на тему того, с кем бы я хотела поработать, но одна из них — это снять фильм по сценарию Чарли Кауфмана, снять что-то по сценарию Тарантино, снять что-то по книгам Чака Паланика и, наверное, на этом пока что мой список закончится.

ELLE Как карантин отобразился на работе?

С. С. Пока очень сложно сказать конкретно, как карантин сказался на моей работе, но одно могу сказать точно — он сказался на мне, а это сказывается и на моей работе. Я верю в то, что работа — это еще одни важные отношения в нашей жизни. И за карантин у меня появилось время подумать, как мне нужно исправить свои отношения с фотографией.

Когда ты очень занят, работаешь много и часто, у тебя не совсем есть время подумать о том, как вообще развиваются твои отношения с работой.

Ты будто делаешь все просто по накатанной, делаешь-делаешь, но забываешь спросить у самого себя, как ты себя чувствуешь, по душе ли вы вообще друг другу и есть ли в этом смысл. Ты забываешь об этом и, вполне возможно, можешь начать ненавидеть то, что делаешь, даже не заметив этого.

В этом плане карантин дал мне паузу, во время которой я могла подумать, чего я хочу, как я хочу и как мне этого достичь. Наверное, у меня появилось более взрослое отношение к фотографии, более осознанное отношение к искусству в целом: и к кино, и к тому, что я люблю в фотографии.

Я не знаю, что такое быть супер успешным человеком, у меня есть какая-то моя небольшая платформа, и я могу говорить только с высоты этой платформы. С того места, где нахожусь, я понимаю, что, пусть это звучит странно, но, добившись любого, даже незначительного успеха, творческие люди иногда жертвуют целостностью: ты начинаешь снимать не просто те картинки, которые тебе кажутся безумно красивыми, а и кадры, которые, ты знаешь, будут выбраны. Которые, скорее всего, попадут в онлайн или в печать, привлекут больше всего внимания. Ты забываешь о картинках, которые могут понравиться не миллионам, но сотням тысяч. Даже не то что понравиться, а заставить чувствовать что-то более тонкое, чем просто вау.

Ты забываешь делать эти фотографии, а эти фотографии — безумно важная составляющая тебя. И в какой-то момент, после того, как начинаешь забывать делать эти картинки, забываешь, как чувствовать более тонкие вещи в искусстве. Это, на самом деле, очень серьезная штука, и я понимаю, что это на твоей совести, как фотографа — держать себя в состоянии, в котором не даешь миру и его давлению вмешаться в твой рабочий процесс и повлиять на видение, создавая ситуацию, где у тебя нет мотивации впечатлить, а есть мотивация созидать вне зависимости от того, во что этот продукт в итоге вырастет.

Читайте также:
Ана Варава L'OFFICIEL Украина – фото и интервью

Вдохновение в стиле Edelveinik

Алёна Вейник-Клышко (Edelveinik) – дизайнер одежды. Однако дизайнер одежды необычной. Алёна не шьет так называемое pr?t-?-porter (готовое платье). То, что она делает, близко к понятию Haute couture – уникальные модели под заказ клиенток. Однако и это не совсем то.

Дизайнер Алёна Вейник-Клышко создает уникальные образы для каждой девушки. То есть не просто платье, а платье, соответствующее определенному образу. Платье-стилизацию под определенную эпоху. Такое платье с одной стороны необычно, с другой стороны его вполне можно носить и в повседневной жизни.

Девушки, для которых шьются такие уникальные наряды, затем участвуют в имиджевой фотосессии, соответствующей тематике образа. К каждому фото пишется художественный текст, текст-история, раскрывающий образ. В итоге у вас на память остаются не только прекрасные фотографии и само платье, но и великолепные воспоминания, а также яркие эмоции.

Алёна, расскажите, как у вас возникла столь уникальная идея создавать образы?

Все началось еще в детстве. Еще тогда, когда мы с моей подругой, а теперь соорганизатором многих моих проектов Алиной Сардаровой, учились в школе. Мы тогда сидели на скучных уроках, особенно скучными нам казались математика и физика, и развлекались тем, что Алина писала тексты о наших общих знакомых, а я рисовала картинки к ним.

Гораздо позже у меня набралось много фотосессий и я думала, как их организовать. Алина предложила написать тексты к ним. И вот сегодня я занимаюсь тем, что продумываю дизайн и стиль одежды, работаю как модельер, занимаюсь разработкой фотосессий (ищу локацию, общаюсь с человеком, читаю книги и смотрю фильмы, которые ему нравятся). А Алина пишет художественные тексты к ним. Так что создание образов – это наше с ней спонтанное детище.

Помимо вас и Алины Сардаровой, кто еще входит в вашу команду?

Фотограф. Мы сотрудничаем с разными фотографами. Все зависит от того, над каким образом мы работаем. Стилист по макияжу и прическам, а также помощники – люди, которые помогают с перевозками и во время съемок.

Где и у кого вы учились?

По образованию я теолог-религиовед с правом преподавания. Шить училась сама. Шила с детства. Самыми первыми пошитыми мной нарядами были наряды для плюшевых мишек, так как кукол у меня не было. А вот первое мое платье, которое я сшила для себя, было из полиэтилена. Мы тогда жили не очень богато и мама прятала от меня свои ткани.

Еще одним моим платьем было бумажное платье. Моделями у меня тогда были сестры, а у меня четыре младшие сестры. Так что было, где развернуться (улыбается).

Никогда не думала, что буду заниматься шитьем профессионально. Но потом оказалось, что многим людям нравится то, что я делаю. Многие готовы работать со мной как со стилистом. Так что я подумала, а почему бы не сделать свое любимое хобби работой. Также училась по материалам, найденным в Интернете. Сегодня в Интернете можно найти самую различную литературу. И на своих ошибках, конечно же.

Девушки, которые к вам приходят, и заказывают образы, кто они? Каковы их ожидания?

Чаще всего ко мне приходят барышни абсолютно разные. То есть не только творческие или же работающие в офисе, а самых различных профессий. Девушки, которые приходят ко мне, хотят лучше узнать себя, увидеть себя со стороны.

Это может пафосно звучит, но мы часто получаем такие отзывы: «Спасибо! Вы очень помогли мне. Я увидела себя со стороны. Я поняла, что я принцесса. Я красивая, добрая». Ведь сейчас мы живем в таком мире, когда в моде стиль унисекс.

Мода однотипна, а у нас можно найти индивидуальность. Например, когда я работаю над определенным образом, я могу сделать около 10 эскизов лишь к одному платью. Очень много читаю и смотрю, чтобы сделать платье мечты именно этой барышни.

А бывает так, что девушки сразу говорят, какой именно образ они хотят видеть?

Часто так и бывает. К примеру, могут писать: мне нравится Одри Хепберн и я хочу быть принцессой, похожей на Одри Хепберн. Затем в процессе работы этот образ может и измениться, такое тоже часто бывает. Плюс я не занимаюсь реконструкцией, если я шью платье, то это всегда стилизация под эпоху, такое платье можно носить сегодня.

Вы также ведете курсы шитья. Для какой аудитории они рассчитаны? В какой форме проходят?

Да, но это не совсем курсы шитья. Этот проект у нас называются «Школа изящных рукоделий». Идея заключается не в том, чтобы дать навыки шитья, вязания и так далее.

Сегодня всему этому можно научиться и в Интернете. Идея состоит в том, чтобы научить людей видеть красоту во всем, а также творить ее. Не просто шить и вязать какие-то вещи, а делать работы с художественной ценностью. На занятиях мы также обсуждаем книги, фильмы. Что касается аудитории, то у нас сейчас обучаются две группы – подростковая и взрослая.

Читайте также:
Ксения Луговая о семье, работе и том, как все успевать

А с кем интереснее работать – с детьми или взрослыми?

Совершенно по-разному. Я изначально думала, что мне будет интереснее с детьми. Но на самом деле я даже разные программы пишу по одному и тому же материалу для детей и взрослых.

Взрослые приходят уже мотивированные, они платят деньги и хотят чему-то научиться. Что касается детей, то у них изначально есть такое восхищение «ах, как это сделано». Они приходят к модельеру, им это очень нравится. И это восхищение нужно сохранить и с ним работать, направлять его в практическое русло.

Создание образов – это очень индивидуальная работа. А есть ли у вас более массовая одежда?

Два раза в год я делаю небольшие мини-коллекции. Последняя такая коллекция была осенью. Моя же любимая коллекция – это прошлогодняя коллекция, летняя. Коллекция была посвящена Ассоль, героине повести А. Грина «Алые паруса». Одежда в данной коллекции была пошита изо льна и украшена кружевом. Но создание массовой одежды в более широких масштабах – это то, что мне вообще не интересно.

Образы, связанные с литературой, в вашем творчестве встречаются нередко. А еще, помимо пошива одежды и создания образов, вы проводите литературные вечера. Расскажите, что это за проект?

Мы называем его «Макулатурные вечера у Эдельвейник». Это образовательный проект, участие в вечерах бесплатно. Приветствуется, если гости принесут с собой домашнюю выпечку. В целом, мы стараемся создать атмосферу старины – вечера проходят при свечах, за чаем. Все гости перед литературным вечером читают определенную книгу, а затем мы обсуждаем ее.

В начале мы и не предполагали, что этот проект окажется настолько интересным для нас самих. Интересным в плане видения людьми одних и тех же героев книг с совершенно разных сторон. Бывает, что тебе героиня книги кажется доброй, смелой, а другой человек, к примеру, видит в этом слабость.

Проводим мы такие встречи в уютных местах. Изначально у меня дома, я живу в «сталинке», так что можно было создать атмосферу старины. Сейчас мы подружились с образовательным центром «Октопус» и проводим вечера там. У них тоже достаточно уютное помещение. Но на самом деле, с подбором места есть сложности, так как мы хотим воссоздать атмосферу дореволюционной старины, интеллигентности.

Для меня такой хороший пример всегда – это пример интеллигенции в блокадном Ленинграде. Людям было нечего есть, они пили чай «белая ночь», то есть простой кипяток, но при этом они собирались и обсуждали какие-то глобальные философские проблемы, литературу, живопись, музыку. И вот эта жизнь мысли, стремление к прекрасному, к искусству, для меня такой очень большой пример. Потому что это главнее, чем вкусно поесть или же находиться в тепле, к примеру.

А какой-то определенный дресс-код для участников «Макулатурных вечеров» есть?

Начинали мы с того, что я по книгам шила костюмы и для всех желающих мы проводили тематическую фотосессию. Первой книгой, которую мы обсуждали, был роман Достоевского «Идиот». И я помню, что я тогда за одну ночь сшила два платья и две шляпки. Однако сейчас мы просто приветствуем людей, если они приходят в костюмах, соответствующих стилю книги. Сами мы тоже поддерживаем соответствующую атмосферу.

Ваша прародина Австрия. А вы были когда-нибудь в Австрии?

Да, мой прадед был австрийским военнопленным. Жил в Ташкенте и чтобы прокормить семью, он собрал из запчастей мотоцикл и начал выступать в цирке. Мне всегда вспоминается фраза Шерлока Холмса: «если артистизм в крови, то иногда он принимает самые неожиданные формы». Это про мою семью и меня (улыбается).

В Австрии я не была, зато в детстве, так как родители были молодые и активные, мы много путешествовали по Беларуси. У нас великолепная природа.

К примеру, мы плавали на байдарке, третий день путешествия, ты попадаешь в какое-то старое русло реки, там очень черная вода и это все среди сосен. А на этой черной воде колышутся белоснежные лилии. Или вечер, садится солнце, закат персиково-оранжево-красный и на его фоне летят белые цапли.

Все это смотрится просто потрясающе. Так что белорусская природа – это источник моего вдохновения. Хотя я очень люблю путешествовать, ездить по городам. Но природа на первом месте.

А в чем еще вы черпаете вдохновение?

Литература, кино, живопись. И сами люди, конечно же. Так как для меня нет ничего более интересного, чем внутренний мир человека. Внутренний мир тех барышень, которые ко мне приходят. Возможно, благодаря этому у меня все и получается, так как мне очень нравится общаться с человеком. Для меня самой моя работа очень интересна.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.